Книга Муж проиграл меня в карты, страница 5 – Алёна Мэй

Тамара вышла и закрыла за собой дверь. Я осталась одна.

Первым делом я подошла к окну. Из него открывался вид на лес и небольшое озеро вдалеке. Я попробовала открыть створку. Заперто. Я не удивилась.

Я села на кровать, сняла пальто, бросила рядом сумку. В кармане всё ещё лежала колода карт. Я вытащила её и разложила на кровати. Король пик. Дама бубен. Валет червей. Шестёрка треф. Эти картонки только что перевернули мою жизнь. Одна партия. Одна ставка.

Я собрала колоду и убрала обратно в карман. Потом пошла в ванную, умылась, привела себя в порядок. Зеркало показало мне женщину с бледным лицом и тёмными кругами под глазами. Я долго смотрела на себя, пытаясь понять, что чувствую. Пустота. Как будто внутри выключили свет.

Я умылась холодной водой, расчесала волосы пальцами, надела чистую рубашку. Спустилась вниз. Тамара накрыла на кухне: небольшой стол у окна, кофе, омлет, тосты, сыр. Я села и позавтракала. Спокойно, без спешки.

— Максим Андреевич будет вечером, — сказала Тамара, когда я закончила. — Он просил передать, чтобы вы отдохнули. Комната в вашем распоряжении, дом тоже, кроме запертых дверей на третьем этаже

— А если я захочу выйти на улицу?

— Во двор можно. За ворота нельзя. Если понадобится, Артём вас проводит.

Я кивнула. Свобода в пределах забора. Я вернулась в комнату, легла на кровать и закрыла глаза. Сон пришёл быстро.

Проснулась я, когда за окном уже темнело. Часы показывали почти шесть вечера. Я проспала весь день. Тело было тяжёлое, голова гудела, но мысли стали яснее. Я встала, умылась. И стала ждать.

Он приехал около семи. Я услышала, как внизу хлопнула дверь, как он что-то сказал Тамаре. Потом шаги по лестнице, наверх, в свою комнату. Я осталась сидеть на кровати и ждать. Через двадцать минут в дверь постучали.

— Войдите.

Дверь открылась. На пороге стоял он.

Я ждала увидеть старого, грузного, лысого, стереотипного хозяина жизни из девяностых. А увидела мужчину лет тридцати пяти, высокого, широкоплечего, в тёмной рубашке с закатанными рукавами и тёмных брюках. Коротко стриженные тёмные волосы, острые скулы, тёмные глаза. Шрам через левую бровь.

Он остановился в двух шагах от меня и посмотрел.

— Ника, — сказал он. Голос низкий.

— Максим, — ответила я.

Он чуть склонил голову набок.

— Ты не боишься. Я ждал, что ты будешь бояться.

— А я ждала, что вы будете старым и толстым. Мы оба разочарованы.

Он усмехнулся, но не по-доброму.

— Садись. Разговор будет долгий.

Я села в кресло у окна. Он остался стоять.

— Ты знаешь, почему ты здесь? — спросил он.

— Знаю. Меня проиграли в карты.

— Тебя проиграл твой муж.

— Я знаю, кто меня проиграл. Я не идиотка.

— И ты не злишься на меня?

Я посмотрела на него.

— Злюсь на него. Не на вас. Вы выиграли, это его вина, что он проиграл.

— Логично, — сказал он. — Холодно, но логично. Мне это нравится. Ты дерзишь, но не истеришь. Это редкость.

— Я рада, что произвела впечатление.

— Не ёрничай. Это тебе не идёт.

— А что мне идёт?

Он помолчал, глядя на меня.

— Не знаю пока. Посмотрим.

Он отошёл к окну, постоял, глядя на улицу. Я ждала. Он вернулся и сел в кресло напротив.

— Твой муж должен мне очень много, — сказал он. — Денег, которые он никогда не вернёт. Активов, которых у него нет. Ты часть долга.

— Я не часть долга. Я живой человек, и я не позволю обращаться со мной, как с вещью.