Книга Муж проиграл меня в карты, страница 4 – Алёна Мэй

— А если я откажусь? Что тогда?

— Тогда я всё равно вас отвезу, только это будет менее приятно для всех. — Он сказал это спокойно, без угрозы. — Пожалуйста, не усложняйте.

Я посмотрела на него, потом на машину. Спорить было не о чем. Я подошла, бросила сумку на сиденье и села. Артём закрыл дверь, обошёл машину и занял место за рулём. В салоне было тепло, играло радио на низкой громкости.

— Далеко ехать? — спросила я.

— За город, минут сорок.

— Куда именно?

— Узнаете на месте. Максим Андреевич не любит, когда я называю адрес заранее.

Я отвернулась к окну. Москва проплывала мимо: пустая, серая, ещё не проснувшаяся. Редкие машины, редкие прохожие, витрины с погашенным светом.

— Скажите, Артём, он всегда так делает? — спросила я.

— Как?

— Забирает людей. Как мебель.

Артём помолчал, потом ответил:

— Впервые. Женщину он забирает впервые. Обычно это касается других вопросов.

— Каких вопросов?

— Это не моё дело, и я не буду о нём говорить. Если вам что-то нужно будет узнать, вы спросите у него сами.

Я не стала настаивать. Мы ехали молча. Я смотрела на мелькающие фонари и думала о том, что через сорок минут увижу человека, которому теперь принадлежу. Не по любви, не по согласию, не по своей воле. По карточному долгу.

Машина свернула с трассы на узкую дорогу между соснами. Снег здесь лежал нетронутый. Вскоре впереди показались ворота: высокие, кованые, с камерами по бокам. Артём нажал кнопку на пульте, и створки медленно разъехались.

Двор был огромный. Дом оказался особняком: три этажа, панорамные окна, тёмный камень, светлое дерево. Ничего показного.

Машина остановилась у крыльца. Артём вышел первым, открыл мне дверь.

— Приехали.

Я выбралась наружу. Воздух здесь был свежий, морозный, и я поёжилась. Мы поднялись по широким ступеням. Дверь открылась раньше, чем Артём успел к ней прикоснуться: за ней стояла женщина лет пятидесяти, в тёмном платье, с аккуратной причёской.

— Ника, — сказал Артём. — Это Тамара. Она покажет вам комнату. Если что-то понадобится, скажите ей.

— Комнату? Я думала, у нас будет разговор.

— Разговор будет позже. Максим Андреевич приедет вечером. Он сказал сначала устроить вас, а потом уже говорить о делах.

— То есть сначала меня нужно поместить в клетку, а потом уже объяснить, зачем я в ней оказалась?

Тамара посмотрела на меня без всякого выражения. Артём тоже.

— Я провожу вас, — сказала Тамара.

Я поднялась за ней по широкой лестнице на второй этаж. Коридор был длинный, светлый, с окнами во всю стену. Мы прошли мимо нескольких дверей, пока Тамара не остановилась у последней.

— Вот. Всё, что нужно, внутри. Полотенца, халат, косметика. Если чего-то не хватает, скажите, я принесу.

Она открыла дверь, и я вошла.

Комната была красивая. Широкая кровать с белым бельём, мягкий ковёр, тёмные шторы, туалетный столик с зеркалом, шкаф. На столике бутылка воды, стакан, коробка конфет.

— Это всё? — спросила я, оглядываясь.

— Да. Максим Андреевич просил передать, что вы можете пока отдохнуть. Он приедет вечером.

— Во сколько?

— Он не сказал точно. Завтрак внизу, если хотите есть. Я накрою.

Я вдруг поняла, что действительно голодна. Последний раз я ела вчера днём, а сейчас было утро. И ещё я поняла, что не спала всю ночь.

— Спасибо. Я спущусь через десять минут.