Книга Муж проиграл меня в карты, страница 29 – Алёна Мэй

Я подошла к окну. Максим стоял рядом, сложив руки на груди. Он молча смотрел на то, что я делаю, и в его взгляде не было вопросов. Он все понимал без слов.

Я повернула тяжелую латунную ручку и распахнула широкую центральную створку окна.

В комнату ворвался мощный, ледяной поток чистого высотного воздуха. Ветер мгновенно закружил по пустому паркету мелкие песчинки штукатурки, взъерошил мои волосы, бросил пряди на лицо. Внизу гудел вечерний проспект, зажигались фонари, город жил своей бесконечной, равнодушной жизнью. Высота в сто метров кружила голову.

Я вытянула руку с колодой карт наружу, над открытой бездной набережной, и разжала пальцы.

Пятьдесят две карты выскользнули из руки.

Ветер подхватил их мгновенно. Картонные прямоугольники закружились в воздухе, мелькая пестрыми рубашками, рассыпаясь по серому вечернему небу. Те самые картинки, из-за которых люди ломали жизни, предавали близких и теряли человеческий облик. Они кружились над пропастью, как сухие осенние листья, становясь все меньше и меньше, пока окончательно не растворились в потоках воздуха над городом.

Я взялась за ручку, потянула створку на себя и закрыла окно. Металлический засов встал на место с тяжелым щелчком. Ветер смолк. В комнате снова стало тепло и тихо.

Я повернулась спиной к стеклу.

Максим стоял в одном шаге от меня. В полумраке наступающих сумерек его фигура казалась огромной, надежной, как сама эта башня. Он протянул руку, коснулся ладонью моей щеки, убирая растрепавшиеся волосы назад, и задержал пальцы на моей коже.

— Все? — спросил он тихо.

Я подняла голову, глядя прямо в его темные, спокойные глаза:

— Все. Игра окончена.

Максим наклонился и поцеловал меня. Медленно, властно, забирая все оставшиеся сомнения, и я обняла его за шею, прижимаясь всем телом, чувствуя под ладонями силу его плеч и ровный, сильный стук его сердца.

За нашими спинами зажигала миллионы огней вечерняя Москва, в пустой квартире пахло свежей штукатуркой, горячей пиццей и новой жизнью, а впереди было чистое, ещё не написанное будущее, в котором никто и никогда больше не сможет сделать меня своей ставкой.

Конец.