Книга Сводные. Мы остались одни, страница 46 – Инна Матвеева

— Я люблю Васю.

Понятия не имею, почему говорю именно это. Подсознание воспринимает спасительными такие слова, или всё из-за того, что я до этого думала о проблеме с Васей? Я ведь даже не знаю, насколько правда то, что говорю. Да и будь это так, какой смысл посвящать в это Феликса? Сомневаюсь, что он всерьёз ко мне подкатывает.

Сомневаюсь даже несмотря на его изменившееся в целом поведение и вопрос Васи про влюблённость. Сомневаюсь даже сейчас, когда Феликс меняется в лице, отступая и напрягаясь настолько ощутимо, что на себе чувствую.

— Уверен, этой ночью он неплохо зажигал с той девчонкой, — жёстко и ядовито заявляет.

С одной стороны, вот он — привычный мне враждебный Феликс, но с другой... Нет, всё равно что-то иначе. Так он со мной ещё не говорил и не смотрел. И легче от прекращения дерзкого флирта мне не становится.

— Я тебе не верю, — грубо огрызаюсь, не собираясь даже пропускать через себя его слова о Васе. — Это скорее в твоём духе, а не в его.

Честно не понимаю, к чему про его дух сказала. Мне ведь нет дела до того, с кем Феликс и когда бывал. Хоть каждый день с новой.

Впрочем, он едва ли вообще обращает внимания на эти слова. Смотрит потемневшим раздражённым взглядом, буравит буквально.

— Он по-прежнему святой в твоих глазах? После всей дичи, что творил? — не понимаю, как Феликс умудряется спросить это с насмешливой горечью и злобой одновременно.

Да что вообще происходит, откуда эти эмоции бурлящие? Мы никогда не сможем нормально общаться?..

Его взгляд неотрывно прикован ко мне. Всё ещё мрачный. Даже не верится, что совсем недавно Феликс планировал поскорее переписать клуб на меня. Это словно в какой-то другой реальности было, несбыточной...

— Тебе не понять, — чуть дрогнувшим голосом заключаю я. — Ты можешь отменить поход к нотариусу, но я требую, чтобы ты скинул мне то видео полностью.

Глаза Феликса опасно сверкают. Но выдавливает сводный сухо:

— Я его обрезал.

Ну офигеть теперь. А я-то думала, почему Вася так упорно не слышал меня? Возможно, ему взгляду предстала версия, где я ещё и сама к Феликсу лезу с объятиями. И разговоров, проясняющих суть, там нет.

Отвожу взгляд, старясь совладать с охватившей яростью. Не так-то просто.

— Тогда чтобы ты при мне позвонил Васе и рассказал ему, что и как было, — цежу, вот только на угрожающий взгляд меня не хватает. Не могу пока смотреть на Феликса.

— А если не стану?

Мгновенно заведясь снова, машинально смотрю ему в лицо. Уверена, что не с меньшими вызовом и недовольством, чем те, что вижу в его глазах. Сверлим так друг друга какое-то время, не желая сдаваться.

— Тогда я сбегу из дома и на этот раз не в клуб, — отчеканиваю неожиданно пришедшее в голову решение. — В глубине души ты не настолько пал, чтобы тебе было пофиг на это. Я вырублю телефон, пропаду, исчезну. И непонятно, что со мной случится, учитывая, что мне и остаться будет негде.

Слова вырываются раньше, чем формируются мысли. Бешеное желание утереть Феликсу нос преобладает над здравым смыслом. Впрочем, у сводного его тоже будто нет. Смотрит так, будто вот-вот взорвётся.

— Ты чокнутая пойти на это, чтобы что-то доказать? — его голос режет сталью.

Но я только больше завожусь, даже не думая отступать. Пелена злости почти застилает глаза, и даже видя грозное лицо Феликса, не останавливаюсь. Не свожу с него наверняка полыхающего взгляда, пытаясь в нём передать всю степень своего возмущения.