Книга Сводные. Мы остались одни, страница 49 – Инна Матвеева

Отдаю себе отчёт, что весь мой план основан на временно спящей порядочности Феликса. Просто верю, что она проснётся. Вот верю, и всё тут. Знаю даже. Потому что если его совесть и будет спать — появится желание удержать меня. Это я теперь понимаю наверняка.

Выхожу с чемоданом и сумкой в коридор, попутно открывая приложение для вызова такси. Да, я помню, что Феликс ещё дома. Но меня сейчас ничто не способно остановить. И никто. Не будет же он со мной драться?..

Может, вообще не заметит, что я ухожу. Насколько я понимаю, он в своей комнате сейчас. Почти крадусь мимо неё, стараясь идти совсем уж бесшумно... Кажется, получается.

В коридор выхожу без приключений. Здесь должно быть проще. Закинув телефон в сумку — потом вызову такси — полностью концентрируюсь на задаче выскользнуть незамеченной.

Осторожно и медленно поворачиваю замок... Затаиваю дыхание... И вздрагиваю, услышав вкрадчивое:

— Смотри, что я нашёл.

Машинально разворачиваюсь, и выдох застревает в лёгких. Передо мной Феликс, с наглой ухмылкой вертящий в руке... наручники.

Как загипнотизированная, не могу отвести взгляда от них. Понимаю, что надо проигнорировать его очередной дурацкий выпад и уйти, пока стою совсем рядом с дверью. Но не могу. Будто застываю. А в голове сотни вопросов наперебой вертятся. Которые уж точно не стоит озвучивать.

— Остались от разнообразных игр с девчонками, — пошло усмехаясь, поясняет Феликс.

Тут же отвожу взгляд от наручников, по мягкой обивке которых и так можно догадаться, откуда они. Воображение, остановись... Ни к чему думать о сводном, применяющем их в постели.

Надеюсь, я не краснею сейчас, потому что кожа предательски полыхает жаром. Ещё и наш поцелуй недавний вспоминается.

— Не помню, чтобы ты их приводил сюда, — выпаливаю, поняв, что пауза затягивается.

Только вот какого чёрта я, получается, продолжаю эту идиотскую тему? Можно подумать, мне есть дело до его девушек, сколько бы их там ни было и когда.

— Но реквизиты хранил здесь, — нехорошо прищуривается Феликс, окидывая меня задумчивым взглядом.

Я, кажется, дышать перестаю в замешательстве, а он внезапно направляется ко мне неспешной походкой. Запрещаю себе думать, какие там ещё «реквизиты» могут быть у сводного. И, уж тем более, продолжать этот бессмысленный разговор.

Я тут с чемоданом вообще-то стою наготове. И мы оба знаем, почему.

Вот только Феликс с наручниками... И он всё ближе.

Неужели и вправду собирается...? Смотрю на него и понимаю, что не удивлюсь уже, наверное, ничему.

— Феликс, отпусти меня... — неожиданно даже для себя прошу. Отчаянно, почти впервые обратившись к нему по имени. Я даже не помню, когда делала это в последний раз. — Пожалуйста.

Кажется, замираем мы оба. Феликс — так и не подойдя ко мне, а я — не решаясь больше ничего ни добавить, ни сделать.

Между нами снова напряжение, в котором слишком чувствуются мои слова. Даже острее, чем их понимала в своей просьбе я. Она ведь не только о временном уходе из дома была. И от осознания, что Феликс это улавливает, у меня сердце почему-то испуганно мечется.

— Мы не с того начали, признаю, — неожиданно серьёзно говорит он. — Может, сходим на свидание?

Чувствую, что Феликс смотрит на меня, но не могу ответить взглядом. И сердце никак успокоить не получается. Это что же... Сводный теперь открыто свои намерения выражает?