Онлайн книга «Жестокое сердце офицера»
|
Снег под берцами зло скрипит на морозе. Шаги отбивают в такт моему разъяренному сердцу, ведь сорваться я не могу. — Ярцев, ну ты прям молодчик! Можешь ведь, когда хочешь. Смотри только не переусердствуй, наряд сам себя не выполнит. Красилов похвально хлопает меня по плечу, когда я на удвоенной скорости разгружаю за десятерых, пытаясь хоть чем-то себя отвлечь. Просто убить физически… точнее добить. И у меня отлично получается: тело гудит, как перегретый движок, кровь долбит в висках, ноги ватные, скулы стянуло от ледяного ветра, который под конец уже прорывается даже сквозь балаклаву. Но, если мне сейчас дадут отмашку вольно, я сорвусь, и похер мне будет на перегретый движок. На КПП ловлю на себе лишнее внимание дежурного, до этого с ним стоял Красилов, небось уже доложил обстановку и заодно о моем разносе. Не хватает еще доски антипочета, я прям вижу заголовки: «Срыв маршрута», «Самоволка в пургу», «Угроза жизни личного состава», «Угнал казенную технику». И все это ради одной девчонки, которая заблудилась в метель. Только для меня эта девчонка особенная. И за последние два дня я предельно ясно понял: она нужна мне, необходима как воздух, и только ей под силу укротить все, что становится в ебнутую стойку во мне, когда я не получаю ничего, кроме болезненного удушья… не получаю ее. И, несмотря на серьезную отметку в личном деле, я бы все равно рванул за ней, столько раз, сколько бы это потребовалось. Без раздумий. Вот такой я влюбленный долбоеб. Ничему меня жизнь не учит. Ну, как есть. Жаль, что в рапорте лирику не напишешь. Закончив с разгрузкой снаряжений, оружия и боеприпасов, а точнее того, что от них осталось после учений, иду в кабинет Красилова. Лицо нервно дергается от резкого контраста с теплом. Перед дверью раздраженно одергиваю бушлат. Медлю, сжимая кулаки, и облизываю обветренные губы. Стучу и с гулкого «входите» толкаю дверь. — Товарищ капитан, разрешите… А че разрешить-то. Тело опять быстрее мозга. Надо было хоть речь обдумать. Чешу затылок, зависнув немного. Красилов вздыхает, падает в кресло и проводит ладонью по уставшему лицу с синяками, пролегшими под глазами. — Ярцев, побереги мои нервы. Я еще от твоего геройства не отошел. Иди с богом отработай свои наряды и сгинь в увал на пару-тройку дней. Дай продохнуть хоть чуть-чуть от твоих закидонов. Давай, кругом, три наряда вперед. — Есть три наряда, товарищ капитан, — чеканю я, но вместо разворота делаю шаг вперед и пробую еще раз. — Товарищ капитан, только разрешите сначала до госпиталя метнуться. Десять минут. Увижу ее и сразу на кухню, хоть до утра картошку буду чистить. Слово офицера. Красилов тяжело вздыхает и трет переносицу. Молчит. Будто борется с человечностью, которая мелькает у него во взгляде. — Ярцев, ты мне тут давай без этого самого… От твоих романсов уже хуево, чесслово. — Товарищ капитан… Он резко взмахивает рукой. — Ой, иди ради бога. Десять минут у тебя, Ярцев. Опаздаешь хоть на секунду, оставлю от тебя только погоны. И без фокусов мне, иначе наряд по кухне покажется раем. Бля, ну человечище же! — Спасибо, товарищ капитан. — Бегом, марш! Отдаю честь с рвущейся наружу дебильной улыбкой и вылетаю из кабинета Красилова, пока он мне за мою физиономию не впаял еще пару нарядов. |