Книга Жестокое сердце офицера, страница 99 – Маша Демина

И, признаюсь, секс с пьяным Ярцевым — это отдельный вид варварства, но от этого варварства мои глаза закатываются, а колени подгибаются в нахлынувших на мое тело судорогах…

Я даже не соображаю, как мы выходим из душевой, но это точно громко, будто это я была в дрова, а не он, благо душ в моем блоке, а соседняя комната пустует.

Мокрый, в полотенце, Ярцев заваливается на мою кровать и утягивает меня за собой. Такую же мокрую и совершенно беспомощную.

— Ярцев! — хнычу я без сил.

— Тихо, — командует он лениво, натягивая на нас одеяло. — Я часик посплю. Разбуди меня.

И сгребает меня своими ручищами, зарываясь лицом в шею. И это так мурашечно, и совершенно не законно растапливает все мое прежнее раздражение на него. Хотя из-за чего… я забыла обо всем, стоило его члену наполнить меня.

Оч слабо, Красивая.

Потом. Завтра. Сегодня я все же посплю еще часик, с сопящим в мою шею Волчарой.

Как символично вышло: выгнал меня из своей квартиры и приполз на коленях в мою. А еще говорят, что с женской логикой что-то не так.

Где-то отдаленно раздражающе пиликает будильник, но мои веки отказываются открываться. Ровно до того момента, пока в меня не вжимается длинная и твердая дубина. Прямо между ягодиц, провоцируя горячую судорогу, которая заставляет меня встряхнуться и моргнуть.

Несколько секунд лежу и пытаюсь сориентироваться в своих ощущениях и вообще понять, почему в моей кровати дубинка.

Ответ приходит вместе с наглой ручищей, скользнувшей вверх по бедру и сжавшей меня за талию, о-о-о-о… По инерции выгибаюсь, еще сильнее упираясь задницей в дубину, но только на этот раз отчетливее понимая, что это не дубина, а член Ярцева.

Задохнувшись, я вспыхиваю горячими, пошлыми флешбэками и зажмуриваюсь, мысленно проклиная себя за то, что все это допустила. Красивая, ну как так-то?!

А кое-кто вполне себе доволен и с гортанным мычанием вжимает меня обратно в свое горячее крепкое тело. И этот кое-кто сейчас больше напоминает огромную бутылку не до конца выветрившегося виски, ох-х-х… Я ж окосею. Не-не-не.

Кое-как выбираюсь из-под ручищ Ярцева, он ворчит там что-то и отворачивается, захватывая в плен вместо меня подушку. Ради бога, главное не меня!

Присаживаюсь под скрип кровати и тут же вздрагиваю, перенося вес на одно бедро.

Ау-ау-ау…

М-м-м…

А че так больно-то!

Второй раз лишиться девственности можно? Потому что мне вот прям кажется, что можно, между ног ноет и все слишком чувствительное. Выдыхаю немного сорванно:

— Ох-х-х…

И сажусь ровнее, вспоминая каждый сантиметр яростного члена Ярцева. Сегодня он был именно таким. Скотина! Животное! И мне хочется треснуть по этой наглой морде, хозяин которой развалился на моей кровати, при этом выглядя вполне себе удовлетворенно. Как мы вообще поместились с ним на бедной полуторке?

Раздраженно откидываю одеяло и встаю, как среднестатистическая пенсия, постанываю, прихрамываю, еще и ногу отлежала.

Добредаю до настенного бра, щелкаю, чуть разгоняя мрак, будильник играет повторно, вырубаю его.

Быстренько накидываю халат, вообще после вчерашнего мне бы лучше доспехами обзавестись, чтоб в следующий раз, когда иго это басурманское нападет, выдержать оборону.

Приглаживаю волосы, а там… ой мама… Я даже без зеркала чувствую весь пиздец и даже не буду пытаться расчесывать. Спасибо, Ярцев!