Книга Похоже на ненависть, страница 32 – Саша Светлова

Выплёвываю каждое слово с презрением и злостью, потому что это прощание, а у меня накопилось очень много чего… эмоций, обид, разочарований. И очень хочется всё это выплеснуть на виновника моих переживаний.

Даже руки перестают дрожать. Или я просто больше этого не замечаю. Слишком внимательно слежу за его лицом, жду очередной ухмылки. Теперь он может рассказывать приятелям, как заучка устроила скандал. Мне уже все равно. Не собираюсь оставлять в его памяти только ту Нику, которая закрывала глаза, когда он наклонялся ее поцеловать.

Не могу понять, то ли Дан в шоке, то ли просто удивлён, то ли ещё что, но он складывает руки на груди и отходит на пару шагов назад.

— Не хочешь предъявить доказательства своих обвинений? — спрашивает невнятно. Он так сильно злится, что еле размыкает челюсти.

Смотрю на него с вызовом и каплей печали.

— У меня нет доказательств, они остались на кухне в твоей квартире.

Дан хмурится, непонимающе трясёт головой.

Я бы предпочла просто уехать и навсегда о нём забыть, но… в наших отношениях было и хорошее. Он мне помог. Не думаю, что от моих слов будет польза, но я не против того, чтобы Дан знал, что я о нём думаю.

Вспоминаю раскрытые страницы, исписанные листы. Тогда я собиралась всего лишь найти место для своих вещей, а задержалась над чужими записями. Удивилась, перечитала, посмотрела на обложку. После сегодняшней контрольной все окончательно сложилось. Только я еще не знала, как об этом заговорить, не вызвав очередного приступа злости.

Теперь можно не выбирать удобный момент. Лучше этого все равно не будет.

Вздохнув, поясняю.

— Твои родители считают тебя бездельником и тупицей, поэтому они попросили меня помочь, а на самом деле оказалось, что ты всех нас водишь за нос. Никакой ты не тупица, а наоборот. Я ещё раньше это поняла, когда объясняла тебе некоторые темы. Ты вообще меня не слушал, а потом вдруг раз! — и всё понял и смог ответить на любые вопросы. И контрольную твою я видела, ты всё прекрасно знаешь. Однако ты не хочешь нормально учиться, потому что не хочешь работать на семейный бизнес. Ты вообще не хочешь иметь ничего общего с бизнесом, экономикой и менеджментом. Ведь я права, да? Да уж посмотри на меня, Дан! Чего уж теперь отворачиваться! Сам меня спросил, вот и слушай ответ и попытайся его проглотить. Правда она такая, иногда застревает в горле. На самом деле ты хочешь стать ветеринаром.

Он опускает руки. До этого стоял, скрестив их на груди, а теперь пальцы разжимаются, одна ладонь дергается к карману и останавливается. Замечаю это, но не даю ему вставить ни слова. В кои-то веки Соболев меня слушает. Не перебивает, не передразнивает, не ищет способ превратить разговор в пошлую шутку.

— Я уже и так поняла, что ты любишь животных и умеешь за ними ухаживать, но вчера ты — полагаю, что случайно — оставил заметки и учебники на подоконнике в кухне. Я в них заглянула. Ты учишься рассчитывать дозы лекарств для животных, и твои расчёты доказывают, что с математикой у тебя всё более чем хорошо. Не удивлюсь, если ты работаешь волонтёром в какой-нибудь ветеринарной клинике и параллельно сам себя обучаешь. Думаю, что ты не оставляешь надежду однажды стать ветеринаром, но при этом не предпринимаешь решительных шагов. Почему? Родители запретили и пригрозились отрезать от семейного капитала, забрать пентхауз, машину и вычеркнуть тебя из завещания? Не удивлюсь, если так и есть.