Книга Похоже на ненависть, страница 29 – Саша Светлова

В гостиной громкая музыка, смех. То, что произошло со мной, для них — проходной момент, комичная сцена, которую уже никто не обсуждает.

Обуваюсь, придерживаясь за стену. В кармане сумки лежат ключи от моей комнаты, я нащупываю их, не вынимая. До общежития недалеко, но идти одной ночью не хочу. П Когда я появляюсь в дверях гостиной, разговоры затихают. На меня смотрят с ухмылками и любопытством. Ждут, что я устрою представление: залеплю Дану пощёчину, стану кричать, читать нотации, хлопать дверью.

Девушка на диване приподнимается, освобождая себе обзор. Один из парней опускает телефон. Я успеваю заметить все это и вдруг перестаю бояться, что не выдержу и расплачусь.

Но я не стану играть по их сценарию. Мне это не нужно.

Подхожу к одному из друзей Дана.

Выбираю того, с кем хотя бы можно договориться о чем-то конкретном. Не потому, что доверяю ему. Просто хорошо помню, что его волнует, и сейчас это может оказаться полезным.

— Свиридов, на следующей неделе контрольная по эластичности спроса и видам конкуренции. Если не ошибаюсь, у тебя уже два предупреждения, и на последних лекциях тебя не было. Если вылетишь из института, родители перестанут давать тебе деньги. Я слышала, как ты жаловался по этому поводу. Если ты сейчас проводишь меня домой, я дам тебе все нужные конспекты и подтяну тебя так, что получишь четверку или пятёрку.

Он сначала смотрит на меня с остатками ухмылки. Потом, по мере того как я перечисляю его проблемы, выражение его лица меняется. Видимо, предупреждения он помнит. И разговор с отцом тоже. За его плечом кто-то негромко фыркает, но Свиридов не оборачивается на смех. Колеблется всего пару секунд, потом поднимает руки ладонями вверх.

— Всё, ребята, я пошёл. Не могу отказаться, а то батя и правда прикроет кормушку.

Мы со Свиридовым успеваем дойти до следующего двора.

Он тупо рассуждает о том, как девушки липнут к Дану, а на самом деле тут и липнуть-то не к чему. Я с ним согласна, однако в беседу не вступаю. На мой взгляд, все они в этой компании одинаковые, ни на что не годные папенькины и маменькины избалованные детишки.

Свиридов несколько раз заглядывает мне в лицо, явно рассчитывая на ответ. Наверное, надеется, что мы с удовольствием обсудим недостатки его приятеля. Не дождется. Сегодня они смеются надо мной, завтра перескажут Соболеву каждое мое слово. Прижимаю сумку локтем и смотрю под ноги. Он согласился проводить, я обещала помочь с контрольной. Для выполнения договора разговаривать о Дане необязательно.

В соседнем дворе темнота плотнее, сочная, тяжёлая, едва разгоняемая редкими фонарями. Мы успеваем пройти всего несколько шагов, когда Свиридова отшвыривает от меня в сторону невидимой силой. Я даже не сразу понимаю, что произошло, только слышу короткий вскрик и вижу, как он едва не падает на колени, спотыкается, но удерживается на ногах.

Резко останавливаюсь.

Еще секунду назад человек шел рядом и разговаривал, а теперь его нет на прежнем месте. Успеваю подумать, что на нас напали.

Лишь когда Свиридов оказывается в круге света фонаря, я замечаю рядом с ним Дана. Он словно вырос из тьмы. На его лице оскал ярости, отражение фонарей в его глазах кажется пламенем.

Он хватает Свиридова за плечи и трясёт его с такой силой, что того мотает из стороны в сторону, как тряпичную куклу. Потом размахивается, явно собираясь ударить того в челюсть.