Книга Расколотое сознание, страница 19 – Энн Княгинина

Он закуривает. Окна закрыты, и дым застилает обзор. Глаза жжёт. Я кашляю, рукой разгоняя дым.

— Не могу понять твои чувства, — честно, или ему просто насрать, что у меня на сердце, отвечает он.

— Можешь, пожалуйста, не курить в закрытой машине.

— А ты открой окна.

Откидывается на спинку кресла и стряхивает пепел себе под ноги.

— Но машина не заведена.

Брелок от машины, прикреплённый к ключам, свободно висит в воздухе.

— У тебя плохо с последовательностью действий? Выжми левую педаль — сцепление, и поворачивай ключ. Можно и без сцепления, но не все тачки можно так завести, и по технической части машина будет здоровее.

Майк сегодня серьёзный, редко увидишь его таким сдержанным. Наглым-то каждый день вижу.

Фигня всё это, а куда деваться.

Ключ поворачиваю не с первого раза. То не до конца прокручиваю, то пугаюсь звукам движка, и глушу машину. Никогда не связывался с таким дерьмом.

На четвёртый раз оставляю машину заведённой. Её покачивает. Приборка горит цветом пламени.

— Выжимаешь сцепление до конца?

— Вроде да.

Смотрю на ногу, вдавливающую педаль в пол.

Всё так туго. Что педаль, что руль.

— Включи первую передачу, — кончиком пальца постукивает по рычагу.

Ладонью обхватываю верхушку рычага КПП. Смотря на полоски и цифры, включаю первую передачу.

Да я два месяца буду учиться не смотреть на положение рычага, а они меня сразу на гонку пихают.

— Сейчас выжми правую педаль газа и одновременно убирай ногу со сцепления. Всё это плавно и одновременно. Мы поедем вперёд, ты отпустишь сцепление до конца. Когда увидишь на спидометре цифру двадцать — переключишь передачу на вторую: газ отпустил, сцепление выжал, переключил. И снова как в начале. Ясно?

Ясно, как же, ага.

— Как в начале — это сцепление в пол, газ, сцепление отпустил?

— Да. Во время гонок это происходит в миллисекунды. Без раздумий.

— Можно перенести гонку с двух месяцев на полгода?

— Трогайся давай.

Ноги трясутся, соскальзывают с педалей. Проехав немного, машина глохнет. Руки сжимают руль до побелевших костяшек.

Никак. Не поехать. Мотор рычит, и я паникую, бросая все педали сразу. Машина дёргается и замирает.

Поглядываю на часы. Через час мне нужно быть в концертном зале и готовиться к выступлению.

Майк молча ждёт, когда я сделаю что-нибудь полезное и перестану ломать машину.

Проезжаю немного вперёд. Концентрация на всём и сразу. Мне не воткнуть вторую передачу: рычаг щёлкает, но не сдвигается. Майк помогает вставить рычаг в нужную позицию.

Ощущение, что несусь по дороге, но на деле ползу как улитка.

Поворачиваю руль. Не чувствую габариты машины, магнитом тянет на встречную полосу и к деревьям.

— А если нас ДПС увидят?

— Арестуют.

Машина дёргается вперёд, рычит. Ноги не могут совладать с педалями. Майк ни слова не говорит. Подсказал бы, что делать, но сидит довольный, жвачку жуёт.

Дорога гладкая. Я сосредоточенно смотрю на спидометр. Майк не говорил, как тормозить. А стрелка спидометра всё выше. Когда пора менять передачу, отпускаю газ, выжимаю сцепление, — я понял этот прикол — каждые двадцать километров в час.

Майк регулирует передачи за меня, следит за моими ногами. Убираю ногу со сцепления, давлю на газ.

Вот оно знакомое чувство свободы. Пальцы на руле немеют.

Быстро едем. Шестьдесят километров в час, шестьдесят пять.