Книга Калинов мост, страница 42 – Екатерина Пронина, Александр Пронин

— Бедные прихожане. Для них это была настоящая реликвия. – Егор нащупал в кармане острые грани украденного осколка и почувствовал укор совести.

— Наплевать, – бросила Павла. – Думаешь, в гробах святых, к которым стоят очереди, лежат настоящие чудотворные кости? В церкви и без нас хватает лжи.

Возвращаться к машине напрямик они не рискнули, вместо этого решив сделать крюк через кладбище. Влажная от вечерней росы земля проминалась под подошвами ботинок. Серебряный диск луны то выходил из-за облаков, то снова прятался. В неверном свете выступали из мрака надгробия красноармейцев со ржавыми звездочками и черные деревенские кресты. Многие могилы были заброшены, поросли травой и ушли в землю. На старых памятниках уже невозможно было прочитать, кто здесь похоронен. Зацепившись за одну из покосившихся оград, Павла разодрала брюки и тихо выругалась.

— Черт, этим мертвецам я не нравлюсь! – прошипела она.

— Может, здесь лежит Петр-угодник, у которого мы стащили реликвию, – мрачно пошутил Егор.

Из-за деревьев выступила темная громада заброшенной Радонежской церкви. Павла пошла вдоль стены, касаясь ее маленькой узкой ладонью.

— Почему ты не сбежала, увидев Гаврилу? – неожиданно для себя самого спросил Егор.

— Ты совсем тупой? – Павла фыркнула. – Ты сам велел сторожить снаружи.

— У него ведь винтовка с собой. Мог выстрелить.

— И что? – надменно спросила Павла. – Ты думал, я тебя брошу? Не доверяешь?

— Доверяю, конечно, – ответил Егор машинально и сразу же понял, что солгал.

По правде говоря, именно этого он и ожидал – что насмешливая ленивая девчонка кинет его, едва дело примет опасный оборот.

Павла обернулась, но в сумраке выражение ее лица было не разобрать. Конечно, она почувствовала фальшь. Некоторое время они шли молча. Егор чувствовал себя неловко то ли за недоверие, то ли за маленькую ложь.

— Подменить осколок было смело, – признал он.

— Не надо считать себя единственным храбрецом здесь, – сказала Павла серьезно. – Если хочешь, чтобы мы были командой, для начала согласись, что ты не один тут чего-то стоишь.

Она хлопнула Егора по плечу. Он поморщился, чувствуя, как оцарапанная шиповником рука откликнулась болью, но через миг улыбнулся. Эта язва говорит верно. Пора привыкать к тому, что в команде нет случайных людей.

Облака расступились, и луна осветила заросли старых лип. Егор увидел под ногами тропу, ведущую от разрушенной церкви к Дачам. Внедорожник преданной собакой ждал в кустах. Оказаться за рулем собственной машины было так же спокойно, как вернуться в родной дом. Павла забилась на заднее сиденье, завернула штанину и стала ныть, что порвала брюки.

Это была уже не та решительная девчонка, которую не испугало ружье. Она вновь надела привычную для Егора маску.

Когда внедорожник, шурша, закатился на лужайку, на горизонте уже появилась розовая полоса зари. Небо очистилось, и бледная луна отражалась в мозаике зеркальных осколков.

— Как ты это делаешь? – спросила Павла. – Просто смотришь в отражение и видишь картины из прошлого?

— Только то, что запомнило зеркало.

Егор вытащил осколок, опустился на колени и начал вертеть его в руках, прикидывая, как правильно сложить мозаику. Дожидаться утра не было смысла. Адреналин, все еще кипящий в крови, не позволил бы уснуть. А собрать зеркало можно и при свете фар.