Книга Калинов мост, страница 82 – Екатерина Пронина, Александр Пронин

— Представишь меня?

— Это мой Учитель, – неловко сказал Митенька, сползая с подоконника на пол. – Мой духовный наставник и пастырь нашей общины.

На лице Егора промелькнуло удивление. Люди обычно считают, что у проповедника обязательно должны быть косматая борода до пупа, неопрятное платье и громовой голос. Но Учитель оказался худым и сухим, как тростинка. И никакой бороды: он гладко брился. Рот у него был маленьким и нервным, как у женщины, а голос тихим, но властным.

— Подойди, – разрешил Учитель, протягивая тонкую руку с длинными пальцами.

Митенька приблизился и послушно поцеловал морщинистую кисть.

— Ну давайте на кухню тогда? – неуверенно предложил Юра, выдергивая нитку из рукава свитера. – Чайник вскипел.

— Мне кофе, будьте добры, – сказал Учитель.

С ним невозможно было спорить, его не получалось ослушаться. Его голос казался братьям по вере сталью, обернутой в бархатные ножны. Он прошел на кухню, и остальные двинулись следом. Егор встал у окна, спиной загородив свет. Инга села на край тахты Павлы, поближе к Филиппу. Она, казалось, не знала, куда деть руки, поэтому то собирала их в замок, то прятала в кипе пледов, то вовсе принималась расплетать фенечку на запястье. Юра, явно чувствуя себя не в своей тарелке, гремел чашками.

Неудивительно. Рядом с Учителем многим не по себе.

Митя остановился в дверях. Только сейчас он почувствовал, что прокусил губу, и противный медный привкус крови наполнил рот. Он не знал, рад ли видеть здесь пастыря. С одной стороны, у него, сироты и беспризорника, не было человека ближе, чем духовный отец. С другой – его появление в Дачах могло значить только одно: миссия, порученная Мите, закончена. Кости найдены, Ксения получит наконец свой крест на погосте, Софья – правду, Филипп – наследство. История завершится, и с людьми, которых так приятно было назвать командой, придется разойтись навсегда.

— Здравствуйте, господа. – Учитель с улыбкой склонил голову. – Я не буду заставлять вас называть меня духовным именем, а мою фамилию вам знать незачем. Достаточно будет… хм… Николая Викторовича.

Это имя Учителю не шло. Впрочем, он менял их, как шляпы, выбирая то, что лучше сидит по погоде.

— Я здесь для того, чтобы вам помочь, потому что все свидетельствует о том, что в поместье Зарецких обитает призрак.

С тахты в углу кухни раздался шорох. Павла приподнялась на подушках, лицо у нее изменилось. Губы задрожали, а глаза распахнулись, будто черные колодцы, доверху наполненные страхом. Щеки стали такими же белыми, как повязка на голове. Ноздри расширились. Она тяжело, с сипением задышала носом.

— Вам плохо? – Учитель с участием улыбнулся.

Юра поставил перед ним дымящуюся чашку ароматного кофе.

— Н-нет, – Павла покачала головой. – Продолжайте, пожалуйста.

— Не удивляйтесь. Это я попросил Николая Викторовича приехать, – сказал Филипп. – Он уже имел дело с паранормальным. Сначала это казалось бредом, но наше расследование убедило меня в обратном. Все эти несчастные случаи, убийства, охватывающее людей безумие… В доме явно завелся злой дух. Мне очень жаль, что я подверг ваши жизни опасности.

Он сокрушенно покачал золотой головой. Инга протянула ему руку, и они молча сомкнули пальцы.

Митя не удивился. Раз существует загробный мир, то существуют и призраки. Но среди живых им не место.