Книга Калинов мост, страница 79 – Екатерина Пронина, Александр Пронин

Однажды брат Иван разбудил их ранним утром. Кроме Мити, он взял с собой еще троих мальчиков его лет. Он позволил воспитанникам сбегать до нужника и ополоснуть сонные морды ледяной водой, но не разрешил позавтракать. Протирая кулаками глаза, мальчики вышли за околицу и оказались на деревенском кладбище. Здесь их ждали Учитель и старшие братья по вере. В руках они держали тонкие саваны. В земле уже виднелись черные пасти ям. Могил, как и мальчиков, было четыре.

— Вы умрете в одной своей ипостаси, чтобы возродиться в другой, – раздался гортанный голос Учителя. – Исчезнут беспризорные мальчишки, родятся пророки!

Старшие братья стали заворачивать младших в саваны, опускать в ямы и забрасывать землей. Из свежих могил вначале доносились глухие стоны, но звуки быстро стихали. Митя, дрожа от ужаса, как пойманная в амбаре мышь, ждал своей очереди. Он был последним.

Когда брат Иван попытался накинуть ему на плечи саван, смирение вдруг оставило Митю. Он выл, как бешеный, рвался из рук и лягал братьев по вере. Он даже до крови укусил Учителя за руку. Только несколько дюжих парней смогли скрутить его и уложить мордой на колкую кладбищенскую траву. Брат Иван вдавил между лопаток тяжелый сапог. Избитого и связанного, Митю кое-как запеленали в саван и бросили в могилу. Он брыкался и выл. Братья где-то сверху заработали лопатами.

Влажная, пахнущая червями и перегноем почва укрыла его тяжелым одеялом. Саван защищал глаза и ноздри, но земляная масса давила на грудь до боли в ребрах, сковывала ноги и плечи. От острого, физически ощутимого страха перед глазами плясали красные и желтые круги. Какое-то время Митя слышал только грохот собственного сердца и хлопки, с которыми лопата ровняет свежую могилу.

Повозившись, он вдруг напоролся плечом на гнилую доску. Старый гроб! Митя был здесь не один, его подхоронили к мертвецу! Чьи-то заботливые руки обняли его за плечи, погладили по голове, успокаивая. Остро запахло тухлятиной. Митенька зарыдал, размазывая слюни по савану.

«Успокойся, мальчик. Ты будешь жить долго, – прошелестел над ухом тихий голос. – Жить, чтобы нести дальше мой дар».

Митя дернулся всем телом, до хруста в суставах, и вдруг понял, что ничто его больше не сдерживает. Веревки на руках и ногах легко треснули: потом оказалось, что меньше чем за несколько минут в могиле они прогнили насквозь. Саван рассыпался, как невесомая паутина, и земля полетела Мите на голову, забилась за шиворот и в рот.

Зато он смог двигаться! И, как крысенок, начал отчаянно рыть ход наружу. Почва была мягкой и влажной после вчерашнего дождя, но он все равно изломал ногти и поранил пальцы. Митя вынырнул на поверхность, хрипя и отплевываясь. Ребра ходили ходуном, все тело болело.

Проморгавшись, он увидел, что братья по вере и сам Учитель опустились перед ним на колени, складывая руки в молитвенном жесте. Их лица светились счастьем, точно они узрели чудо.

Остальные могилы были все так же тихи. Кроме Мити, не выкопался наружу никто.

— Твой дар?

Они все смотрели на Митеньку. Инга – женщина с огненными волосами. Егор – человек, который боится зеркал и замерзших рек. Студент Юра, такой обычный и нормальный среди них. И Павла – злая девчонка с перевязанной головой. Под глазами у нее синяки, словно пятна на мордочке енота, и тушь совсем размазалась, а она даже не пыталась поправить макияж. Такие разные и такие похожие. Одна команда.