Книга Слепая. Бывшая хозяйка старого поместья, страница 21 – Дия Семина

— Преступник? Вот это номер, — только и смогла прошептать, глядя на своё отражение в глянцевой поверхности пианино. Показалось, что я попала не в реальность, а в какой-то странный сериал, где у каждого своя роль, а я должна выжить в этом хаосе, или, как минимум не погореть на какой-то мелочи.

Зрение меня снова подвело, в комнате не так светло, как хотелось бы. Пришлось взять ноты и долго изучать, прищурившись, поднеся их довольно близко к лицу, с пюпитра я уже ничего не вижу.

Собираюсь и начинаю играть почти так, как он показал, и теперь понимаю всю красоту этого милого, чудесного произведения. Оно неигривое, и романтика в нём всё же тревожная, и эту тревогу я слышу не в нотах, а в промежутках между ними, едва улавливая мысли композитора.

Счастье — это миг, за который нужно бороться, а потом платить. И я оказалась именно в такой ситуации с загадочным Юрием. Лиза любила его всего лишь несколько месяцев, а платить мне и до скончания века…

Хорошая новость: с обозом приехала опытная кухарка с помощниками и сразу принялась за работу, освободив нас с Павлиной от трудоёмких обязанностей. В особняке кухня находится на первом этаже, и она ужасно неудобная, даже чайник вскипятить и то нужно разжигать большую печь. Для троих жильцов, это роскошь, а для меня почти непосильная обязанность, жечь свечи и керосин — нельзя из-за тотальной экономии, а от окна свет настолько тусклый, что мне приходилось делать еду почти на ощупь. А теперь я вздохнула с облегчением, хоть эта обуза с меня перекочевала в более крепкие и опытные руки.

Сейчас в доме много людей, и работы на кухне много, Павлина на правах бывшей хозяйки, попыталась раздать ценные указания, но была изгнана с позором, пришла жаловаться ко мне, но и я её не поддержала, намекнув, что одна пережаренная яичница, не делает из неё шеф-повара.

К вечеру в доме запахло божественной выпечкой, томлёным мясом с нотками лаврового листа и чёрного перца. Аппетит разыгрался у всех, и у меня тоже.

Однако есть один момент, какой не даёт мне покоя — мой неопределённый статус.

Раз я, вроде как, знатная, но нанятая, то, скорее всего, обедать придётся как-то отдельно и от господ, и от прислуги? Вот оно классовое неравенство, и ужасное положение тонкой социальной прослойки, я маргинал и для богатых, и для бедных. Примерно, как гувернантка, но без детей. Смех смехом, но как-то своё положение нужно выправлять, чтобы не оставаться без обеда и ужина. Попросить еду я, допустим, смогу, за мной не заржавеет.

Но где есть?

А с другой стороны, наедине с собой не надо притворяться слепой. И в этом тоже есть свой плюс.

К вечеру в доме стало намного тише, скорее всего, это из-за возвращения Его Милости. Стоило вспомнить наше музицирование, и меня охватили смешанные чувства, в голове крутится слово: «преступник».

— Хотя, ссылка же, если бы реально кого-то убил, то отправился бы не сюда, а на каторгу или в тюрьму, — говорю сама себе, глядя в маленькое зеркальце. Кручу личиком туда-сюда, и поняла, на что так внимательно смотрел Дмитрий: на виске под волосами тёмное пятно, какое уже успело сползти желтоватым оттенком на щёку. Вот он смертельный удар о камни мостовой.

— Проклятый петух, я его сама, своими руками…

— Госпожа, вас зовут на ужин, будьте любезны, я провожу! — за дверью послышался незнакомый женский голос.