Книга Метафора, страница 179 – Константин Образцов

— Ты вот что, — сказал капитан Алине как можно суровее, — у тебя глаза помоложе, посмотри-ка отсюда на огород, что видно?

— А что нужно увидеть? — осведомилась Алина.

— Просто смотри и мне говори, я соображу.

Алина прикрыла ладонью глаза от света фонаря, несколько раз зажмурилась и вперилась в темноту.

— Вижу аллею… слева теплицы — три, четыре… много, уходят в темноту. Далеко впереди и слева светится что-то, наверное, там караульная будка у ворот. Так… справа вдалеке большой каменный дом в два этажа, а ближе к нам низкие строения с плоскими крышами, тоже каменные, похожие на амбары… один, два… рядом с третьим несколько телег, но я не вижу, что в них…

— Нам туда, — решил капитан. — Подводы они приготовили, чтобы завтра свои снадобья вывозить спозаранку. Идем!

Замок на массивных дощатых воротах сопротивлялся напору Генриха Генриха не дольше, чем двое молодых караульных противостояли Люции. Звякнуло, распадаясь, железо, приоткрылась толстая створка двери. Бран зажег потайной фонарь: тонкий луч выхватил из темноты множество полок, тянувшихся вдоль правой стены, уставленных ретортами, тиглями, колбами и флаконами разных цветов и размеров, а слева, под рядом узких продолговатых окон, рядами выстроились широкие столы, на которых стояли одинаковые небольшие белые глиняные сосуды с узкими горлышками, укупоренные пробками, — сотни, а может быть, тысячи.

— Вот оно!

Алина быстро прошла вдоль столов, взяла один сосуд, вынула пробку, осторожно понюхала и покачала головой.

— Ничего, — шепнула она. — Забираем с собой, мне нужны мои травы, может быть, удастся что-то найти.

— Давайте я подскажу, — раздался вдруг совсем рядом низкий, глубокий голос.

Все вздрогнули и разом повернулись к дверям. На пороге стоял высокий человек в черном плаще до пят, наброшенном поверх ночной сорочки, в белом парике с косицей и с фонарем в руке. Никто не слышал, как он вошел, и это пугало не меньше, чем само его внезапное появление. Но по-настоящему жуткими были его глаза: они странно серебрились во тьме, и даже лицо как будто отсвечивало серебром.

— Я доктор Михаэль Зильбер, смотритель Аптекарского огорода, — сказал он. — Чем обязан внезапности ночного визита?

— Капитан гарнизонного полка Облецкий. — Он сделал шаг вперед. — Находимся здесь в связи с неотложной надобностью.

Прозвучало это громко, но неубедительно.

— Вот как? — иронически отозвался Зильбер. — И у вас есть на это разрешение от генерал-губернатора?

Снаружи затопали сапоги, зазвучали громкие голоса, темноту рассеяли яркие лучи фонарей, за спиной Зильбера, тяжело дыша, показались двое гвардейцев с фузеями и подпоручик с обнаженной шпагой в руке и пистолетом наизготовку.

— Здравствуйте, сударь, — поприветствовал его Облецкий. — Как служба?

Подпоручик был ему знаком, хотя сейчас он не мог вспомнить его фамилии.

— Господин капитан? — Тот тоже узнал Облецкого, растерялся, но пистолета отнюдь не опустил. — Я вынужден просить вас и ваших людей следовать за мной.

— Боюсь, сударь, что это невозможно.

Сухо щелкнули курки фузей, и Облецкий услышал, как у него за спиной также защелкали курки пистолетов. Бата потянул из-за пояса нож.

— Оставьте, подпоручик! — поднял руку Зильбер. — Я не желаю, чтобы вы устроили тут бойню. К тому же шальные пули могут повредить драгоценное лекарство, которое мы приготовили ради спасения города. Пусть господин капитан убирается восвояси, а я утром поговорю об этом инциденте с его сиятельством графом Минихом. И, пожалуй, перенесу свой визит и доставку препаратов на пару часов пораньше.