Онлайн книга «Метафора»
|
— Нет. Все ушли. — Спасибо, Марта. Ты тоже можешь быть свободна. Молодая женщина еще постояла немного, как будто хотела что-то сказать, но потом повернулась и молча вышла. Едва слышно щелкнул замок в конце коридора на двери приемной. Все стихло. Кардинал посмотрел на часы: он любил все делать заранее и до отведенного ему срока оставалась почти неделя. Было время привести в порядок свои личные дела, подвести итоги и поразмыслить, впервые оставшись в одиночестве и абсолютной, непроницаемой тишине, заполнившей лестницы, комнаты и коридоры. Этот шестиэтажный старинный дом на Петроградском острове Кардинал расселил для себя четверть века назад: высокий, вытянутый вверх, похожий на готический замок с узкими куполами и шпилями на крыше, с серыми стенами, хаотично утыканными квадратными, стрельчатыми и круглыми окнами разных размеров и единственной парадной, вход в которую закрывала черная дверь без вывесок и табличек, — такие нередко встречаются в городе тут и там, и прохожие проходят мимо, не замечая их и не задумываясь о том, куда они могут вести. На этажах размещались жилые и служебные помещения отряда быстрого реагирования, аналитиков и финансовой службы, архивы и личные апартаменты самого Кардинала. Сейчас он был здесь один, как капитан на гибнущем судне, готовом исчезнуть в бурных волнах. Что привело к этому? Одно неверное решение все поставить на казавшуюся верной карту, или то был логический итог его жизненного пути? Кардинал прожил жизнь, стараясь не быть беспечным, и сейчас, в эти последние дни, думал о былом, как шахматист изучает запись ходов проигранной партии в поисках роковой ошибки. Он вспомнил себя сорок лет назад, в середине восьмидесятых, на закате великой эпохи, как будто бы посмотрелся в зеркало, чуть тронутое патиной времени: те же коротко постриженные пепельно-серые волосы, только пока не тронутые сединой, черты лица, одинаково подходящие и университетскому профессору, и командиру атомного подводного крейсера — но еще не с такими резкими морщинами, — и безупречный серый костюм, во внутреннем кармане которого в те времена лежало удостоверение начальника особого отдела 22-го управления КГБ. Как сказал тогда ему этот милицейский капитан? «Такого управления не существует» — да, верно. Оно и не существовало официально, ибо признать факт его бытия означало бы поставить под сомнение твердость материалистических убеждений, но так как у заокеанских оппонентов в структуре спецслужб существовали подразделения, занимавшиеся мистическим и паранормальным, то и нам не следовало отставать. Из этого опыта Кардинал вынес убеждение, что в мире нет ничего невероятного и что сам мир не делится на разум без остатка — и это не раз и не два подкреплялось фактами и событиями, участником которых ему приходилось быть. Потом наступил 1991 год — и вот она, первая поворотная точка. Наверное, следовало остаться в стране: с учетом петербургского происхождения, знакомств и бэкграунда сейчас Кардинал мог бы рассчитывать как минимум на министерский портфель, а то и на что посерьезнее — стать, например, главой госкорпорации. Еще можно было как-то использовать того физика, тихого гения, которого Кардинал взялся спрятать от своих и чужих, однако именно во время той странной истории летом 1984 года в пространстве вариантов своей судьбы он увидел сценарий, который и определил выбор. Кардинал покинул пределы страны и через некоторое время обнаружил себя за океаном. Костюм и надменная изящность манер были забыты: им на смену пришли потертая кожаная куртка, «Кольт», дробовик и работа наемником на двух континентах. То, что могло показаться крушением всех карьерных надежд, оказалось кроличьей норой, ведущей на другой уровень. Во-первых, во время одного из самых странных своих приключений Кардинал познакомился с теми, кто надолго стал его лучшей в жизни командой: девочкой-скаутом Хлоей, превратившейся со временем в безжалостную валькирию, финансистом Алексом, одноногим байкером Карлом и очаровательнейшей Лорен Рим, талантливым химиком и врачом; а во-вторых, опыт дал ресурсы, связи и тему для создания своего бизнеса. |