Книга Прах Барселоны, страница 22 – Джулия Лионе

— Среди студентов бытовала легенда, что они встречали ее во снах. По крайней мере, так Жозеп говорил в комиссариате. Называли ее Беатриче, или нет – Мария. И вот они эту Марию или Беатриче… видели во сне именно потому, что видели ее смерть. Не буквально, а фигурально. Ну, знаете ли, это средневековое убеждение, что на сетчатке глаза, мол, остается отпечаток последнего, кого видел покойный.

Сеньора Каридад замерла и вдруг посмотрела на Джоану. Та сидела скривившись.

— Все! – хлопнула она себя по коленям и, тяжело припав на руку Тео, встала. Видимо, переживание отвращения на лице Джоаны смутило ее. – Я устала! Приходите завтра. Сегодня с меня достанет воспоминаний. Если что-то вспомню, у меня есть ваш номер.

Она оглянулась на инспектора Вилу.

— Я его сохранила. А теперь выметайтесь все! Мне нужно вздремнуть.

Она выпроводила всех на лестничную клетку и довольно громко хлопнула дверью.

Все молчали. Тео хмурился.

— Это, конечно, может быть совпадением, но надо проверить, являлся ли Серрано из семидесятых родственником тому, что повесился здесь прошлой зимой, – пробубнил он себе под нос.

— Ну знаешь, если мы сейчас начнем поднимать все случаи смертей за полвека, то найдется немало родственников, – вставил Вила. – Старуха просто выжила из ума! Черт-те что несла.

— Мы поищем, – кивнул Тео. – Посмотрим, сколько их найдется.

Вила безнадежно махнул рукой.

— У нее с этим Хорхе явно ведь что-то было, – продолжил Тео. – Мария, Беатриче, стихи. Едва она поняла, что у ее квартиранта Пабло и Хорхе из ее прошлого – общая фамилия, ее сразу начало качать.

— Как звали ее супруга? – спросила Джоана. – Жозеп Видаль? Он был психиатром? Имел свою практику?

— Не только практику, – кивнул Тео. – Целую психиатрическую больницу в восьмом округе, в районе Ноу-Баррис. Ее закрыли в восемьдесят седьмом, после его смерти. Сейчас там библиотека и муниципальный комитет.

— Архив больницы сохранился? – сухо спросил Гаэль.

— Надо съездить узнать. – Тео тер висок, силясь что-то вспомнить.

Вила хлопнул в ладоши.

— С вас поиск родственных связей между всеми мертвыми студентами из Университета Барселоны за последние пятьдесят лет, – скомандовал он. – А я в комиссариат. Работайте! Агирре, за мной.

Ехали больше часа. Барселона – город немаленький. И чем ближе они подъезжали к Ноу-Баррис, тем больше многоцветных жилых высоток вырастало и тем меньше попадалось красивых старинных зданий с террасами. Стоило покинуть исторический центр – и Барселона постепенно теряла облик, знакомый по романам Сафона и Кабре.

И наконец за зеленой шапкой Центрального парка показались стены старинного каменно-кирпичного двухэтажного здания, больше напоминающего фабрику.

Тео указал на него, назвав старой психбольницей Санта-Крус. Два этажа, два ряда аккуратных оконных арок – характерная для Востока галерейная планировка. Стальная вывеска над аркадой, служившей входом, сообщала, что здесь городская библиотека. Вокруг никого – время сиесты, все отдыхали от дневной жары.

Нырнув под арку, они оказались во внутреннем дворике, выстланном брусчаткой. Джоана оглядела неровные угловатые пятна газонов, толстые столетние пальмы, аккуратные деревянные скамейки.

Тут откуда ни возьмись выскочил молодой человек с взлохмаченными светлыми волосами и в очках. На нем был мятый деловой костюм с коротковатым пиджаком, рукава небрежно подняты к локтям.