Книга Лучше не верить, страница 71 – Виктория Шмелева

За окном наконец распогодилось, и в гостиной стало светло и солнечно. Золотистые обои, темно-зеленый диван на резных гнутых ножках, еще один камин, рядом кресло, похожее на те, что в холле. Ломберный столик, возле него – оттоманка с забытым веером и дамскими перчатками. Над диваном небольшой женский портрет. Бледное лицо, рыжеватые волосы, синяя шаль и синие камни ожерелья. Строго и элегантно. Лиля подошла ближе. Взгляд модели был хмурым и усталым. Она словно обдумывала что-то, и мысли ее точно не радовали. За спиной незнакомки темнели густые замшелые деревья, и в них было что-то зловещее. Лиля обернулась к Федору.

— Это портрет хозяйки дома?

— Нет, изображений хозяев нам найти, к сожалению, не удалось, – отозвался Федор. – А с этим портретом вышел, если угодно, исторический курьез. Вот, кстати, и тема для вашего блога. В наших краях есть легенда про Глафиру Ступникову. Она была из обедневшего княжеского рода, влюбилась в наследника этой усадьбы Гордея Белянова, и они даже вроде бы собирались обвенчаться в храме, который молодой граф сам спроектировал – он был архитектором. Отец Гордея якобы заказал портрет Глафиры знакомому художнику. Потом у влюбленных случился разлад, у Белянова-младшего появилась новая невеста – побогаче, а затем он вдруг пропал при таинственных обстоятельствах. Глафиру отправили в монастырь, а портрет так и остался в имении.

— Какая грустная история! – Лиле показалось, что рыжая Глафира теперь смотрит прямо на нее. А кто художник?

— В этом и курьез! – Федор откинул темную прядь с лица. – Художник – какой-то современный забулдыга. Он написал помощницу Арсения во время исторической реконструкции, а потом добавил кракелюров и прочего, чтобы смотрелось как антиквариат. Говорят, он расплатился портретом со старухой, у которой в деревне снимал комнату, а потом куда-то уехал. Вот и вся романтика. Но на экскурсиях мы этого, конечно, не рассказываем. Вы уж нас не выдавайте!

— Ну вот, – разочарованно протянула Лиля. – Эх, жаль, был бы такой сюжет! А помощницу эту я, кажется, видела сегодня.

— Вполне возможно, – директор кивнул, по лицу его пробежала легкая тень. – Кстати, про Гордея с Глафирой история, похоже, реальная. Только вот свидетельств почти нет, только слухи и домыслы. Но мы же музей, вот и стараемся поддерживать интерес у посетителей.

Прямо напротив входа – открытый балкон. Ветер легонько покачивал длинную белую штору. Лиля вышла наружу. Здесь оказалось просторно, пол был выложен узорчатой плиткой, а еще обнаружилась новенькая, с иголочки балюстрада. По бокам – клумбы-чаши с пышными розово-белыми люпинами.

— Во-он там, дальше был сад. – Федор указал куда-то влево. – Но в войну почти все деревья порубили на дрова. Мы в этом году привезли саженцы яблонь, груш и сирени. Надеемся, приживутся.

Говорил он вроде бы спокойно, но смотреть на Лилю явно избегал. Один раз встретившись с ней взглядом, тут же отвел глаза. Да он, кажется, тоже не в своей тарелке! Почему? Ему же не привыкать общаться с публикой. Стоя рядом с директором, Лиля незаметно принюхалась. Парфюм у него тоже что надо. Интересно, он женат? Ну, девушка-то наверняка есть. Лиля поморщилась, отряхивая пыль с рукава старенькой тетиной ветровки. И почему она не оделась перед выходом приличнее? Могла хотя бы глаза накрасить!