Книга Лучше не верить, страница 72 – Виктория Шмелева

— Ну что, идемте наверх? – Федор смотрел куда-то под ноги. – Я же обещал вам узоры.

— Да, да, конечно. – Лиля поторопилась проскочить в дверь, которую придержал для нее директор. – Куда дальше?

— Вот по этой лестнице и направо.

Они поднялись по деревянным ступеням, застеленным зеленой ковровой дорожкой, и оказались на верхнем этаже. Эту часть дома выстроили позже, и в былые времена здесь располагались комнаты господ. Они тянулись анфиладой в обе стороны – направо и налево.

— Здесь у нас почти везде экспозиция, много всего. – Федор шел впереди быстрым шагом, и Лиля за ним едва успевала. – Потом я могу дать вам время побродить здесь и рассмотреть все подробно. А вот то, что я хотел вам показать.

В углу стоял темный деревянный короб. Довольно высокий, примерно в Лилин рост. Сбоку – небольшое оконце, на двери – миниатюрный блестящий замочек. Дверцы и боковые стенки сплошь покрывала затейливая резьба. Полосы цветочного и геометрического орнамента с перламутровой инкрустацией. Лиля несколько минут разглядывала изгибы рисунка, потом с разрешения Федора сделала несколько фото на телефон.

— Красотища! – восхищенно заметила она, убирая сотовый в рюкзак. – Наши мастера делали?

— Наши реставрировали и придумывали новые узоры, а изначально производство немецкое: нам удалось прочитать штемпели на задней панели, – директор любовно погладил резной бочок короба. – Угадаете, для чего использовалась эта громадина?

— Гардероб?

— Нет. Будут еще версии?

— На карету похоже. – Лиля всмотрелась внимательнее. – Даже окошко есть. Но рессор нет, и колес не хватает.

— Это кровать-ящик. Очень хорошая вещь, между прочим, – Федор хитро улыбнулся.

— Кровать? Вот это? Но как в ней спать? – ошарашенно спросила Лиля. – Должно быть, жутко неудобно.

— Очень удобно! Открою вам страшную тайну. Я еще студентом проходил практику в этих краях, однажды вечером забрел в усадьбу и уснул в этом самом ящике, прямо на этой голой деревянной полке, – Федор распахнул дверцу ящика, явно наслаждаясь удивлением гостьи. – До этого бессонницей мучился, прямо стариковской, а тут продрых как убитый всю ночь и с тех пор мечтал о таком спальном месте. Знакомый краснодеревщик сделал для меня такую, по этому образцу. Спится в ней прекрасно, в сто раз лучше, чем на обычном диване.

— Так и вижу заголовок для поста: «Директор музея спит в ящике», – Лиля удивленно покачала головой. – Такой сюжет будет определенно иметь успех. Особенно если добавить ваше фото на любимом ложе. Все будут обсуждать, куда вы при вашем росте деваете ноги.

Федор рассмеялся.

— Смею вас заверить, что все части моего тела отлично помещаются. Все-таки моя кровать изготовлена по индивидуальным меркам. Я бы пригласил вас убедиться в этом лично, но боюсь, что вы неправильно истолкуете мои намерения.

Лиля открыла рот, но не нашлась с ответом. Это что, намек? Несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Ресницы у господина директора – мечта любой девчонки. А с такими черными глазами нужно играть героев-любовников в цыганском театре. Федор точно был бы там звездой. И почему в голову лезут какие-то пошлости?

На смуглых щеках директора проступил румянец. Он моргнул и отвел взгляд, словно прочитав Лилины мысли. Выходит, красавцы киношного вида тоже умеют смущаться? Неужто это из-за нее? Лиле вдруг стало весело и страшно, как бывало, когда она в юности каталась с приятелем на квадроцикле с отвесной горы. Ух! Ладно, пока будем изображать скромность. Если что, можно и подыграть.