Книга Лучше не знать, страница 184 – Виктория Шмелева

Потом Федор развлекал ее байками – про работу в школе, про институт – и радовался, что не разучился охмурять девушек. Глафира вроде бы слушала с интересом, хохотала над его шутками, и Федору очень хотелось ее поцеловать, но он пока сдерживался: во-первых, не сграбастаешь же девушку на ходу, а во-вторых, прежде чем переходить к активным действиям, надо убедиться, что она точно не против. Глафира, хоть и вела себя мило, сигналы подавала смешанные.

Они миновали колхозный сад, из которого Федор в детстве таскал яблоки, рискуя получить от сторожа заряд соли в мягкое место. Заснеженные кроны в сумерках напоминали гигантскую цветную капусту. Потом слева за деревьями показался просвет – обширное колхозное поле, под снегом напоминавшее белое море. На другой стороне поля угадывалась в сумерках полосатая башня теплоэлектроцентрали, испускающая светлый на фоне чернеющего неба пар. Из-за мороза плотные клубы шли почти вертикально вверх. Красные огоньки-бусы на башне подмигивали, и казалось, что там, вдалеке по этому снежному морю, идет огромный корабль, бесшумно покрывая милю за милей.

Наконец на обочине Федор заметил указатель: «Район Чертынцево». Дальше тянулась извилистая улица с невысокими, тесно стоящими домами по обеим сторонам. Заборов и изгородей здесь не было. На ближайшем доме белела табличка: «Улица Калинина, д. 1».

— Мы почти пришли, – Глафира поправила маленькую сумочку на плече. – Во-он там я живу.

Метрах в ста виднелся трехэтажный дом на шесть квартир – еще послевоенной постройки. В Несвитове и окрестностях таких было довольно много, и некоторые, особенно в пригороде, – уже в аварийном состоянии. Но в этом, судя по всему, не так давно был ремонт. Фонарь на высоком столбе ярко освещал все строение, и оно, окруженное сугробами, похожими на засахаренный мед, имело вид парадный и какой-то кондитерский. Новенькая жесть на крыше напоминала шоколадную фольгу. Свежеоштукатуренные стены были цвета бисквита. Вместо привычных двойных рам на окнах современные стеклопакеты. Даже традиционную двустворчатую подъездную дверь заменили на стальную с кодовым замком.

Сразу за отремонтированным домом, диагонально развернувшись к дороге, выстроились еще два близнеца – такие же симпатичные и нарядные.

— Ого! Таких красавчиков в нашем захолустье нечасто увидишь, – заметил Федор. – Вы попали под программу реконструкции?

— Можно и так сказать, – Глафира смущенно потупилась. – Арсений Вениаминович похлопотал. У него связи в администрации, и он сам в этом районе живет. Да и вообще…

Что «вообще», она не договорила, потому что они подошли к высокому бетонному крыльцу, аккуратно застеленному ребристой резиновой дорожкой. Федор был уже в том напряженно-звенящем состоянии, в котором можно штурмовать любые крепости, но медлил, сам не зная почему. Рискуя показаться невежливым, он замолчал, тревожно раздумывая, как повернуть ситуацию в свою пользу и напроситься в гости. Но Глафира сама облегчила задачу.

— Зайдешь на кофе? – с мягкой улыбкой спросила она, покручивая верхнюю пуговицу на пуховике. – Я просто обязана хоть как-то отблагодарить героя, который сегодня рисковал ради меня жизнью.

— Ладно тебе, какой из меня герой? – пробормотал Федор, наливаясь гордостью. – Но кофе с мороза с удовольствием выпью, спасибо!