Книга Мой итальянец!, страница 14 – Яна Шелдон

Женя усмехнулась самой себе: казалось бы, прошло так мало времени, а она уже успела убедить себя, что чувства стихнут, стоит только сменить обстановку. Но вот она здесь — среди залитых закатным светом улиц, среди туристов и смеющихся студентов, среди запахов выпечки и вина — и сердце всё равно упрямо напоминает ей о нём.

Она свернула на тихую улочку, где было меньше людей. Узкие стены старых домов поднимались высоко вверх, и казалось, что солнце здесь застряло где-то над черепичными крышами. Женя замедлила шаг, прислушалась к себе.

Хватит уже цепляться за то что было, — подумала она. — У него своя жизнь, свой город… а мне пора жить своей.

Она остановилась у маленького кафе с плетёными стульями и витриной, за которой ровными рядами стояли канноли и миндальное печенье. Внутри звучала тихая музыка, официант у стойки оживлённо беседовал с хозяйкой. Женя вдохнула запах свежего эспрессо и решила — пора позволить себе просто жить, хотя бы сегодня.

Заказав капучино на вынос, она снова вышла на улицу и пошла дальше, медленно глотая горячий напиток. Горечь и молочная пенка смешивались во вкусе, отвлекая её от навязчивых мыслей. С каждым глотком становилось немного легче.

Город будто подстраивался под её настроение. Где-то впереди гремели голоса туристов, делавших фотографии у моста Понте Веккьо, а здесь, в боковых улочках, царила умиротворяющая тишина. В этом спокойствии Женя почувствовала, как с плеч сходит часть напряжения.

Женя долго брела вдоль улиц и не замечала времени. Она остановилась на мосту, облокотилась о перила и посмотрела на Арно. Вода отражала лучи солнца, и по реке тянулись длинные золотые полосы. Женя закрыла глаза, вдыхая прохладный воздух. Ей казалось, что именно здесь можно научиться отпускать — не за один день, не за один вечер, но шаг за шагом.

Телефон в сумке коротко завибрировал. Женя достала его, взглянула на экран — сообщение от Тори.

Она невольно улыбнулась: сколько лет прошло, а подруга всё так же умела появляться в её жизни вовремя.

«Женя, привет! Как твоя поездка и солнечная Италия? У меня опять кризис в отношениях, мы с Артёмом всё меньше понимаем друг друга. И я всё чаще ловлю себя на мысли, что он не мой человек. Мне жаль его, он хороший, но рядом с ним я будто не своя. Я не хочу обманывать ни его, ни себя, но я не отчаиваюсь».

Она улыбнулась, набирая ответ, и впервые за последние дни почувствовала не тяжесть, а лёгкость. Женя знала, как непросто складываются отношения Тори, и искренне сочувствовала подруге.

И вдруг она увидела его.

Высокая фигура, уверенный шаг, книга в руке. Даже издалека Женя узнала его сразу — так узнают только тех, кто уже успел поселиться глубоко в сердце. Мир вокруг будто расплылся в тумане, и остался только он, стоящий у входа в галерею.

Сердце ударило так резко и сильно, что из груди вырвался тихий вздох. Боль и сладость слились в одно.

Нет. Я не должна… Я не могу снова.

Женя резко развернулась, шаги её ускорились, будто от этого зависела жизнь. Но город, с его узкими переулками, оказался коварным союзником — и через секунду позади прорезал воздух его голос:

— Синьорина!

Она сжала зубы и пошла быстрее, почти бегом. Но шаги за её спиной приближались, настойчивые, властные. И вот — горячая ладонь сомкнулась на её запястье. Её дёрнули к себе, и Женя резко обернулась.