Книга Венец из волчьих ягод, страница 154 – D. Scriptor

— Твой брат редко ошибается. Ты сильная, Виви. Каланта не сможет тебе противостоять. Дай свой первый бой ей. И победи.

— Надеюсь, никто об этом не пожалеет, — сипло выдохнула я, выпрямившись и вскинув подбородок. Больше тянуть нельзя.

Клео поцеловала меня в лоб и отошла. В ее глазах застыла гордость и восхищение. Подруга верила в успех задуманного мною, и я верила вместе с ней. Если я и решила покончить с тиранией, начать нужно было с малого. В голове снова всплыл образ Варассы, и с его именем на губах я покинула комнату, готовая сразиться за него даже с огнедышащим драконом.

Шульги дожидался меня в коридоре. Слуга поклонился мне и молчаливо повел в сторону южной террасы, где королева любила проводить особо важные беседы. И истязать собственного сына. Проходя мимо двери принца, я прислушалась к течению его магии, с облегчением ощутив спокойные, словно волны, импульсы. Он спал. Пусть. За его безопасность я еще повоюю.

Глупая, отчаянная, неверная!

По дороге к нашей молчаливой процессии присоединился Гурьян, видимо, вспомнивший о своих прямых обязанностях. С того дня, когда он забрал меня с причала, мы почти не разговаривали. Неозвученные претензии зудели буквально в воздухе, словно рой надоедливых насекомых. Мой воевода отстаивал честь младшего брата, а я упорно рушила все его старания. Наверное, после сегодняшней ночи магия Варассы впиталась в мою кожу, а его запах поселился в моих волосах. Дождь и луговые цветы, совсем немного специй и железа, из какого куют оружие. Я не испытывала мрачного торжества, лишь тяжелую грусть, холодную, заскорузлую.

— Куда же вас потянуло в такую рань, княжна? — первым молчание нарушить осмелился Гурьян. Я подавила удивление, расправив плечи.

— На встречу с Ее Величеством Калантой, — чопорно отозвалась я, боясь даже посмотреть в серые глаза. — Для обсуждения дела личного характера.

— Дела, касающегося помолвки? — Гурьян даже не попытался скрыть отвращение. Я сцепила зубы, медленно выдохнув.

— Помолвка, мой дорогой друг, это дело политическое, а я тебе толкую о личном, — терпеливо пояснила я, и воевода на мгновение притих.

— Прошу прощения за излишнее любопытство, — кротко отозвался он. Его магия сделалась блеклой и послушной.

Я не ответила, испытав стыд. Все-таки отчасти Гурьян оказался прав в своих опасениях — дело касалось Варассы и моих непонятных чувств к нему. Моей неизвестно откуда взявшейся нежности и желания защитить гоблинского принца любой ценой. Разве ж оправдан этот риск, если и так после свадьбы жизнь Варассы будет принадлежать мне? А все время до этого Каланта снова и снова будет напоминать о своем величии, уродуя тело сына. Нет. Не позволю.

Я ускорила шаг, обогнав даже шедшего впереди Шульги. Путь до южной террасы я и сама прекрасно знала. Кровь забурлила в моих венах, а гневливые и резкие слова так и заплясали на моем языке. Сегодня я свершу то, что должна была сделать сразу же, как узнала о рабской метке.

— Сильванна, — голос королевы немного меня отрезвил, и я согнулась в почтительном поклоне.

— Рада видеть вас в здравии, — шелестяще отозвалась я, цепко оглядев глимму с головы до пят. Легкое платье, собранные в небрежную косу волосы, по ней не скажешь, что еще вчера она была на мысе Никса, увязшем в войне.