Книга Госпожа Сим – киллер, страница 129 – Джиён Кан

Господин Пэк был местным воротилой. Ему принадлежало пятнадцать зданий, включая то, где располагалось агентство «Хеппи». Жемчужиной района был торговый центр «Ильсин» на пятьдесят девять торговых точек, и господин Пэк очень хотел заполучить его. Однако Чон Ильсу, состоятельный человек и председатель Совета по развитию торгового центра «Ильсин», подговорил владельцев назначить непомерно высокую цену, что помешало господину Пэку выкупить здание. Сегодня утром состоится выездной корпоратив на острове Подокто, на который господин Пэк пригласил арендаторов помещений в принадлежащих ему зданиях, а также владельцев и членов Совета по развитию торгового центра «Ильсин». Если председателя Чон Ильсу убьют там, то у господина Пэка, который окажется первым подозреваемым, будет железное алиби; остальные владельцы и члены совета придут в растерянность, лишившись своего лидера, что позволит господину Пэку легко прибрать здание торгового центра к рукам – в этом и заключался хитроумный план.

— Господин Пэк очень мнительный человек. Он заявил, что вознаграждение уйдет тому из агентств, которое успешно выполнит задание. Вероятно, Пак Тхэсан со своим новым киллером будут работать в паре. И пусть в этом деле нам их не одолеть – у нас другая цель. Человек, которого ты должен выследить, это не председатель Чон, а Пак Тхэсан. Понял?

На Ханчхоль взялся за дело господина Пэка только из-за Пак Тхэсана – вот кого он хотел убить на самом деле.

— Не сочтите за наглость, но могу я узнать, почему Пак Тхэсан должен умереть?

Ведь, как говорил сам На Ханчхоль, клиент должен объяснить киллеру, по какой причине цель обязана умереть. Конечно, эта причина нужна не для того, чтобы киллер взялся за дело, а для того, чтобы его совесть оставалась достаточно чиста и он мог пройти по улице средь бела дня с высоко поднятой головой, не прячась за темными очками.

— Он должен умереть, потому что… потому что превратил невинную женщину в убийцу.

— Директор, а вы знаете, кто эта женщина?

Глаза На Ханчхоля стали темными и холодными, как бронза.

— Пак Тхэсан – убийца. Кроме того, он научил добропорядочного человека искусству убивать, передал ему свои знания. Разве одного этого не достаточно, чтобы убить его? Тем более в нашем тесном мире выживает тот, кто наносит удар первым. Я считаю, это справедливо. В любом случае, семьи у него нет, плакать будет некому, так что не о чем переживать. Если ты хорошо справишься, то это сокрушит и его киллершу. Она уже не сможет вернуться в мир убийств. Возможно, ей вообще некуда будет вернуться.

Вот как На Ханчхоль объяснял свое недовольство Пак Тхэсаном, но то же самое можно было бы сказать и о нем самом. Он тоже был киллером, и именно он научил добропорядочного молодого человека искусству убивать. Была в этом какая-то ирония. Я даже начал подозревать, что На Ханчхоль хотел отомстить вовсе не Пак Тхэсану, а той самой киллерше.

— Наверное, это не по теме, но, если эта женщина так хороша, почему бы потом вам не нанять ее?

— Я не работаю с людьми, которым не могу доверять.

На Ханчхоль хотел еще что-то добавить, но осекся.

Я отправился домой, чтобы собрать вещи. В ящике стола отыскал сберегательную книжку Чины. На счету у нее было всего пятьдесят две тысячи вон, и за последние два года не было никаких транзакций. Я пошел в банк и перевел на счет сестры все деньги, лежавшие на сберегательном счету книжки в моем внутреннем кармане. Это была мера предосторожности на случай, если я не вернусь из поездки на остров. Опустевшую сберкнижку уничтожил в шредере, а со второй направился в учебный зал, где занималась Чина. Каждый раз, когда сберкнижка Чины во внутреннем кармане моей куртки касалась груди, я вздрагивал. Никогда я не обладал такой крупной суммой. Мама сегодня утром уехала с подругой на горячие источники. Дома оставались только Чина и частный репетитор, который на месяц переехал к нам. Репетитор представился выпускником престижного зарубежного университета, но косноязычием и поведением ничем не отличался от сверстников Чины. Кроме того, он так странно смотрел на сестру, что мне не хотелось оставлять его наедине с ней.