Онлайн книга «Дым над Берлином»
|
Гуго закрыл за собой дверь и рухнул на стул в коридоре. Лучше бы ему умереть, стать бесчувственным трупом и лежать спокойно в прохладной земле… Ни тебе страха, ни боли. Но он был жив и в двух шагах от катастрофы. В десяти, если быть точным. Именно столько его отделяло от смотровой. Он уставился на дверной косяк, с трудом вдохнул. Легкие отказывались дышать. Сжав набалдашник трости, вытер потный лоб. Время тянулось ужасно медленно. Ему казалось, он плывет в пустоте. Пузырь, в котором Гуго находился, лопнул, когда дверь открылась и в коридоре появился врач. Грубер поправил очки и холодно посмотрел на Гуго. «Он все знает». — Герр Фишер, у нас с вами есть одна проблема. Всего одна? Гуго продолжал сидеть, не в силах подняться. Что же, надо хотя бы умереть достойно. Он встал и подошел к врачу. — Я… — Гениталии вашего сына. — Ах да… — Взгляните сами. По-моему, вы не понимаете серьезности ситуации. Они вернулись в кабинет. Врач наверняка уже позвонил в гестапо, скоро в дверь постучат. — Ваш сын идеален, – продолжил Грубер. – Высокий лоб, тонкий нос, симметричные губы, стройное сложение, о глазах я вообще не говорю, это настоящий шедевр, которым восхитился бы сам фюрер, ведь он у нас художник. Но… Врач склонился над обнаженным Йоилем, лежащим на кушетке. На миг Гуго померещилось, что перед ним очередной труп, и он поспешно отогнал эту мысль. В голову тут же пришла другая мысль: Грубер совершенно спокоен. — Варикоцеле. – Врач осторожно поднял одно яичко Йоиля и показал Гуго синеватую жилку. – Необходимо держать под наблюдением, иначе может сказаться на фертильности, а нам с вами нельзя этого допустить. Советую как можно скорее посетить специалиста. В остальном безупречный ариец первого типа, в точности как его отец. Что же, яблочко от яблони недалеко падает, верно? Гуго еле сдержал хохот. Йоиля, еврея, причислили к арийцам. И не просто к арийцам, а к первому типу, чистейшему из чистейших. — Можешь одеваться. – Грубер сел за стол и принялся заполнять членский билет юнгфолька, потом шлепнул печать и расписался. – Добро пожаловать в юнгфольк, Бастиан. * * * Солнце ярко светило. Зеленели аккуратные огородики, разбитые во время войны. Гуго с Йоилем сидели на скамейке, пытаясь прийти в себя и не веря, что вышли сухими из воды. Наконец Гуго облегченно засмеялся, а за ним и Йоиль. Они никак не могли остановиться: нутряной смех неудержимым потоком рвался наружу. Гуго вытер слезы. Кто знает, чего медосмотр стоил Йоилю, ведь мальчику пришлось пересилить свой страх и остаться в чем мать родила перед нацистом. — Безупречный ариец! – Гуго глубоко вдохнул, пытаясь успокоиться. – Кстати, а почему ты не обрезан? — Мои братья умерли, я же рассказывал. Талмуд говорит, что мальчик не должен быть обрезан, если его братья умерли из-за обрезания. — Я бы отвел тебя помолиться в синагогу, но их больше нет. А у меня нет бога, которому можно было бы вознести благодарственную молитву. – Гуго, совершенно счастливый, взял Йоиля за руку. – Давай отпразднуем это дело походом в цирк. — А можно? — Теперь можно все, что захочется. Ты вступил в юнгфольк, и ты идеален, ты же слышал. Если бы только этот ублюдок Гитлер знал… Гуго сунул во внутренний карман документы Бастиана Фишера и членский билет. Ласково пригревало солнышко. Гуго никогда еще не чувствовал себя так хорошо. |