Книга Падение, страница 139 – Анастасия Пименова

— Перед его отъездом мы разговаривали. О многом… — он делает паузу. — Он спрашивал про твоего отца. Как всё случилось. Как именно он погиб. Но… — парень коротко выдыхает, — это он знал ещё раньше. Я рассказал ему в тот же день, когда мы вернулись в Авалон. Когда ты ушла к себе.

Сердце болезненно сжимается. Да, тогда я сама едва стояла на ногах.

— Мы обсуждали и вирус, и тот день в Сайфере, — продолжает он, чуть тише. — И ту встречу с Сойером. И… почему я тогда взял с собой тебя, а не его.

Ком встает в горле. Оборачиваюсь, и наши взгляды пересекаются.

— Но зачем ему нужно было ехать сюда? Для чего?

— Возможно, Аксель хотел что-то понять. Или найти.

Что?

Но я не задаю этот вопрос, потому что знаю, Джеймс не ответит.

— Мы должны… забрать его, Джеймс. Похоронить или я не знаю.

Господи, я не знаю, что делать. Везти его тело в Авалон? Нет. Передать Джин? Я не только не представляю, как это сделать, но и не смогу. Это же… Она ещё не знает, что её брата больше нет.

— Похороним.

Джеймс произносит негромко, почти шёпотом, но так уверенно, что это прорывает мою последнюю, отчаянную попытку удержаться. Он видит, что я потерялась, что не знаю, за что хвататься, куда идти, с чего начинать. И говорит это не как решение, а как опору.

Похороним. Опять это чертово слово. Сначала Мэди, теперь Аксель.

Разные ситуации, разные смерти с одинаковым концом.

Да, это правда. Уже ничего не исправить. Теперь остаётся толькоэто.

Я с трудом выдаю кивок, короткий и слишком тяжёлый, словно он весит больше, чем моё собственное тело.

Джеймс помогает мне подняться, придерживая несколько секунд и убеждаясь, что я стою на дрожащих и затекших ногах. Только после парень отстраняется лишь затем, чтобы подойти к Акселю. Наклоняется и берет его на руки, легко, но с той сдержанной осторожностью, с какой поднимают не просто тело, а человека. Того, кто ещё пару дней назад мог смеяться, ругаться, спорить… жить.

Я отворачиваюсь, буквально на секунду, чтобы удержаться, чтобы не разломаться прямо здесь.

След крови на снегу никуда не исчезает. Ещё одно напоминание того, что здесь произошло совсем недавно.

Шаг за шагом, мы начинаем спускаться.

Мой взгляд темнеет, когда невольно цепляется за лестницу, за тёмные, размазанные следы крови на ступенях, которые тянутся ниже. Челюсть напрягается, когда я точно понимаю, что это кровь не принадлежит Акселю.

Она принадлежит Нику.

Опять становится тяжело дышать. Мир будто проваливается в глухой, густой мрак.

Шагая вниз, я почти не слышу собственных шагов, только шаги Джеймса позади, как его поступь изменилась, стала тяжелее из-за дополнительного веса.

Мы выходим на улицу, и холод в очередной раз мгновенно пробирает до костей, словно пытается стереть всё, что произошло на крыше.

Уже совсем темно.

До машины несколько минут пути, но каждая из них ощущается вечностью. Я иду впереди, но постоянно оглядываюсь. Нет, не для того, чтобы проверить, успевает ли Джеймс, а чтобы убедиться, что всё это действительно происходит. Что он действительно несёт Акселя.

Открываю заднюю дверь автомобиля, чтобы Джеймс положил туда Акселя.

Пальцы немеют, но это уже не от холода.

Я запрещаю себе думать. Пока. Пока стараюсь фокусироваться на происходящем, на том, что сейчас важно.

Салон автомобиля, когда мы уже находимся внутри, моментально пропитывается запахом крови. Она въедается в ткань так, что ещё после здесь долго будет пахнуть.