Книга Грань безумия, страница 35 – Анастасия Пименова

Отставляю кружку и встаю, чтобы неспешно приблизиться к ней, но сохранить дистанцию в два шага, так как иначе она почувствует себя некомфортно. После моего возвращения… Шоу ведет себя несколько закрыто. Она отвыкла от меня, и я действую осторожно… пока осторожно, давая ей время и возможность привыкнуть.

Я знаю её. Знаю все её привычки, например, что девушка, когда нервничает, незаметно прикусывает изнутри нижнюю губу. Или как сейчас, хмурит брови, стараясь казаться строгой. Знаю, что она в глубокой задумчивости начинает рисовать узоры на клочках бумаги. Знаю, как она любит танцевать, полностью отдаваясь моменту и забывая обо всём вокруг. Мне известно о ней всё.

— Это было некрасиво.

— Если бы ты не хотела, чтобы он ушел, то остановила бы меня, — спокойно пожимаю плечами и замечаю, как её грудь едва приподнимается.

Она всегда была красивой, но за последние два года изменилась, став ещё более утонченной. Черты лица стали острее, взгляд — глубже.

— Прости за то, что ты стала свидетельницей той сцены…

— Ник, ты извиняешься за то, что я это вижу или за то, что ты ударил Тэйта?

— Первый вариант. Я множество раз представлял себе, как его ударю, — признаюсь ей, — за всё то, что он делал и что говорил, Шоу. Он оскорблял тебя и должен был за всё это ответить. Иногда решения требуют более радикальных мер, поэтому я не сожалею, что сделал это. Но сожалею, что ты видела.

Она смотрит на меня, и я знаю, что сейчас её мучают противоречия. Но она поймет. Всегда понимала меня и поступала похоже.

Именно Шоу давала сдачу Тэйту, когда я не мог этого сделать без вреда для здоровья.

Девушка выдает кивок и выдыхает, на секунду прикрывая глаза.

— Пожалуйста, не делай так больше… У этого могут быть последствия.

Тоже киваю и сокращаю между нами дистанцию, когда она опускает руки.

Обнимаю. Ничего не могу поделать с собой. Мне этого не хватало.

Её тела, запаха, улыбки, её самой.

Целую девушку в макушку.

Я не буду удовлетворен, пока она не будет принадлежать мне целиком и полностью, телом и душой.

Отстраняюсь первым, когда чувствую, как кровь приливает к члену. Если она сейчас случайно ощутит то, как я её хочу, то испугается и будет избегать меня.

— Отец на работе? — спрашиваю, чтобы отвлечься.

— Да.

— Хорошо. Думаю, он был бы не рад мне.

— Он просто всё ещё оберегает меня.

— И от меня в том числе, — усмехаюсь я, и Шоу тоже улыбается, соглашаясь.

Мистер Брайс всегда с опасением глядел на меня так, словно я разрушу его жизнь или жизнь Шоу. Но такого никогда не будет.

Проходит пара недель, за которые всё нормализуется.

Удивительно, но после того, как Тэйт попал в больницу, то в школе более не бывает никаких… насмешек, колких фраз и прочего. С его уходом всё стало так, как было только в самом начале. Далеком и уже таком забытом.

Николас даже начал общаться с другими людьми, которые сначала были в таком же шоке, как и я. Он всегда был закрытым ребенком и дружил только со мной. Поэтому сейчас я рада, что всё так получается. Возможно, он и прав, что Тэйт это заслужил. Ему нужно было преподать урок, который парень не забыл бы. Да, это жестоко, но правда.

Каждое утро Ник заезжает за мной, и это уже вошло в традицию.

Я всё больше замечаю в нем прежнего Николаса.

В столовой мы сидим вместе, и Мэди всегда подсаживается к нам. Мы разговариваем… В общем, впервые за долгое время я ощущаю спокойствие.