Книга Пыль в доме, страница 109 – Харитон Мамбурин

— Не здесь он меня бил, немного дальше, — махнул я рукой в сторону забитой наглухо дырки, ведущей дальше, — Здесь мы, типа, переводили дыхание.

— У тебя что, нервы из стали? — Винсент, озирающийся в полутемной пещере, неловко переступал на протезе, — Я бы в жизни не сунулся в такое место по своей воле! И не сунусь больше. Сам сюда всё таскай!

— Сложно бояться придурка, который сам себе нож в ногу всадил… — вздохнув, поделился я, садясь на корточки и оценивая качество местного пола, — А потом еще и сдох от страха. Он не такой уж и страшный был, просто неопрятный бомж. Кстати, не подскажешь, где продаются черничные кексы?

Винс ответил не сразу. Сначала он развернулся ко мне, затем уставился как прокурор на сутенера, а затем неспешно, но с хорошо различимым предостережением в голосе выдал:

— Мистер, вы ступаете по очень тонкому льду…

— Винс, да ты что⁈ — почти испугался я, — Твоей сестре пятнадцать! Да я просто хочу вернуть ей должок за тот кекс, который она притащила в больницу!

— Вообще-то шестнадцать, — такого ответа я точно не ожидал, — Как раз в тот день исполнилось. Никки объелась этими чертовыми кексами и не могла расстаться с последним. Вот так ты его и получил. Мы запишем этот момент в семейные хроники. Ты первый, кто получил от неё черничный кекс… и, скорее всего, последний. Больше она такой ошибки не допустит.

— Колись, где вы их берете. Или мне придется научиться их печь самому. Вот тогда это будет реально тонкий лёд!

Узнав желаемое, я оказался брошен и этим фанатом настольных игр, давно уже стремящимся домой. Помахав на прощание парню, я остался просматривать новый отстойник для архивных бумаг. Нужно было прикинуть, как получше почистить это место, посмотреть влажность, прикинуть, как тут расположатся полки и ящики, а заодно подумать, получится ли выбить из кого-нибудь деревянных поддонов, которые я обмотаю полиэтиленом и организую тем самым нормальные рабочие площади.

Но сначала — свет. Здесь у нас еле-еле светили «уставшие» сороковки, их нужно было поменять хотя бы на такое же, но свежее. Проверка запасов библиотеки обрадовала меня едва ли не промышленным запасом стандартных «А19», несколько штук которых я тут же экспроприировал в пользу нового подвала. Пятнадцать минут и закуток площадью в двадцать квадратных метров стал куда светлее!

Теперь можно было осмотреть стены.

Страх. Не то чувство, что я испытывал во время похищения. Скорее ярость, возмущение, злость. Обиду нищего, только нащупавшего рельсы своей будущей жизни, причем, жизни интересной, удобной, имеющей целую кучу свобод и привилегий, а затем увидевшего, как какой-то безумный бомж угоняет поезд с этих самых рельс. Молчу уже о том, как этот кадр вогнал себе нож в ляжку. И вопросы. Какая тебе разница, придурок, шпион я или не шпион? Ты человека украл, считай вскрылся, за тобой придут, выковыряют из любой норы, чего ты пытаешься добиться ором и пинками⁈

Уже не ругаясь, а просто ворча, я продолжал внимательно осматривать помещение. Идея вбить потолочные крепежи для подвесных полок, на которые я буду складывать особо старые бумажки, плотно вцепилась мне в голову. Это с виду возня с архивом наискучнейшее дело, да, но даже самой мисс Прентис не хочется регламентированно сжигать старые документы. Это же раритеты! Некоторым бумажкам больше сотни лет, на них стоят подписи людей, которые вполне могут заинтересовать истори… ков?