Книга Мастер теней и его пленница, страница 15 – Эла Завейская

Оружие у меня тоже есть. Вчера у окна я выяснила, что его взгляд сильнее его выдержки. Вчера я пользовалась этим через стену. Сегодня воспользуюсь глядя ему в глаза.

Подводит меня одно. Ткань.

Я смотрю на запястья. Серебро. Стоит вспомнить, как вчера ко мне со всех сторон тянулись тени, — и на левой манжете проступает графитовое пятно. Ровно там, где лежит осколок, и кожа греется сильнее всего.

Двор читает меня по платью. Если сегодня говорить будет он, читать должна я.

Я встаю посреди покоев и начинаю учиться.

Этому меня научили презентации. Заказчик рвёт макет, над которым я просидела ночь, а лицо у меня остаётся приветливым. Четыре счёта на вдох, четыре на выдох. Язык прижат к нёбу. Взгляд в одну точку. Точкой я выбираю задранный угол старой карты.

В покоях Дэвиана теплее, чем в башне, и ткань здесь светлеет охотнее. Пятно на манжете бледнеет, расползается по краям и уходит.

Я вспоминаю его голос: «Спи, смертная». Пятно возвращается.

Считаю заново. Потом нарочно вспоминаю первый день, его пальцы на моём пульсе и то, как они грелись. Графит поднимается до косточки запястья. Продолжаю считать, пока графитовое пятно не бледнеет и ткань снова не становится серебряной.

Еду приносят и уносят. Белый свет в окне желтеет, потом синеет. Я повторяю всё по кругу: его голос, его пальцы, его взгляд над картой в ту ночь, когда искра подлетела к моему лицу.

К вечеру я вспоминаю всё это разом, и рукава остаются светлыми.

Серебро прячет меня. Осколок оно прячет хуже. Я сдвигаю его глубже под манжету, туда, где ткань ложится складкой.

Синие жилы под потолком уже тускнеют, когда открывается дверь.

Дэвиан входит, стягивает перчатки и бросает их на стол. Они падают поперёк ножей, и он оставляет их там. Он окидывает покои взглядом, задерживается на старой карте, потом на мне.

— Добрый вечер, — говорю я. Голос я тоже репетировала.

— Вчерашнее представление удалось, — отвечает он. — Волосы ты распускала медленно. Правильное решение.

— Ты досмотрел до конца, — говорю я.

— До последней шпильки. — Уголок его рта дёргается. — Подготовка начинается сегодня.

— Подготовка к чему?

— К Связыванию.

Что бы это ни значило. А вот значения я не знала.

— Спрашивай, — говорит он и садится на край стола, спиной к ножам. — Лгать мне запрещает кровь, но разрешает молчать.

— Удобно.

Я сажусь на край кровати напротив и складываю руки на коленях.

— Для начала объясни, кто такие фэйри. Розалин назвала вас так, будто я должна знать, о ком речь.

— Мы не люди, Ева. Хотя внешне похожи. Живём гораздо дольше вас, владеем магией. У каждого свои способности.

— Розалин грела воду руками. А я ещё думала, что схожу с ума.

— Не сходишь.

— И всё это существует отдельно от Земли?

— Да.

— И давно вы существуете?

— Задолго до того, как люди узнали о нашем мире.

— Кто у вас главный?

— Одного на всех нет. Есть четыре Двора: Зимний, Летний, Тёмный и Светлый. У каждого свои земли и правитель. Здесь правит Кайрен.

Я смотрю на него. Он говорит об этом так спокойно, словно объясняет мне устройство соседнего государства.

— Тогда начнём с простого. Что ты собираешься со мной делать?

— Проверить отклик. — Он говорит это стене за моим плечом. — Как твоя кровь отвечает на холод Двора и на мою магию. Измерить. Записать. Доложить.