Книга Камень желаний, страница 27 – Ирина Ульяненко

— Открывай, — сказал Мирон.

— Почему я?

— Потому что ты Хранительница.

Я приложила ладонь.

Ничего.

— Не работает.

Мирон посмотрел на Камень.

— Вместе.

Мне это не понравилось.

Но выбора не было.

Я достала Камень.

Поднесла к знаку.

Как только он коснулся металла, под ногами что-то загудело.

Лёвка отскочил.

— Я ничего не трогал!

Крышка медленно ушла вниз.

Под ней открылась лестница.

Тёмная.

Уходящая глубоко под землю.

Лёвка заглянул.

— Нет.

— Что «нет»?

— Я туда не хочу.

— Я тоже.

— Тогда не идём.

Мирон уже начал спускаться.

Я посмотрела на Лёвку.

— Пошли.

Он тяжело вздохнул.

— Почему я вообще с тобой дружу?

— Потому что тебе скучно жить.

— Уже нет.

Лестница казалась бесконечной.

Чем ниже мы спускались, тем холоднее становилось.

Наконец Мирон остановился.

Перед нами был огромный зал.

Я подняла фонарь.

Стены уходили в темноту.

В центре находился Колодец.

Настоящий.

Каменный.

Круглый.

Я подошла.

Заглянула.

Воды не видно.

Только темнота.

— Это он?

— Колодец Хранителей.

Лёвка бросил маленький камешек.

Мы ждали.

Никакого звука.

— Глубокий, — сказал он.

Мирон посмотрел на него.

— Никогда больше так не делай.

— Почему?

— Потому что мы не знаем, куда он упал.

Лёвка отступил.

— Хорошо.

Я посветила на стены.

И только тогда увидела имена.

Сотни.

Одно под другим.

Женские.

Мужские.

Некоторые на знакомом языке.

Другие я даже прочитать не могла.

— Хранители?

Мирон кивнул.

Я пошла вдоль стены.

Нашла:

АГАФЬЯ ЗОРИНА.

Рядом дата рождения.

Вместо даты смерти — пустота.

— Она тоже не умерла?

— Не совсем.

— Что значит «не совсем»?

— Спроси её.

— Она появляется, когда хочет.

Голос раздался за моей спиной:

— Неправда.

Я резко обернулась.

Агафья стояла возле Колодца.

Не прозрачная.

Не во сне.

Настоящая.

Лёвка выронил фонарь.

— Твою мать!

Агафья поморщилась.

— Очень неприятный мужчина.

— Вы тоже не подарок.

— Лёвка, — сказала я.

— Молчу.

Мирон смотрел на Агафью.

Лицо стало совершенно неподвижным.

— Здравствуй.

Она ответила:

— Здравствуй, Мирон.

Я переводила взгляд с одного на другую.

— Вы давно не виделись?

Мирон усмехнулся.

— Сто двадцать три года.

Лёвка тихо сказал:

— А я на Марину два месяца обижался и думал, что это долго.

Агафья подошла к Колодцу.

— Ты привёл её слишком рано.

— Камень уже собирает сам.

Она резко посмотрела на меня.

— Покажи.

Я достала Камень.

Внутри горели белые точки.

Агафья побледнела.

— Сколько времени?

— Мирон говорит, семь дней после третьего желания.

— Он прав.

— До чего?

Агафья провела рукой по краю Колодца.

— До открытия.

— Объясните мне наконец нормально, что откроется.

Она посмотрела на меня.

— Не Колодец.

— А что?

— Ты.

Мне стало не по себе.

— Я?

— Сейчас ты слышишь желания. Иногда видишь их прошлое. Возможное будущее. Но пока Камень сильнее тебя.

— А потом?

— После открытия вы станете равны.

— Это хорошо?

Агафья грустно улыбнулась.

— Именно так думали почти все.

— Что я смогу делать?

Она не ответила.

Мирон сказал:

— Использовать желания.

Я повернулась.

— Что значит использовать?

— Не только исполнять для того, кому оно принадлежит.

— А?

— Взять себе.

Я не поняла.

Мирон продолжил:

— Человек хочет богатства. Ты можешь направить его желание на себя.

— Это невозможно.

— Возможно.

— Молодости?

— Тоже.

— Любви?

Агафья тихо сказала:

— Да.

Мне стало холодно.