Книга Невеста полоза. Пленница златых очей, страница 174 – Екатерина Алешина

Радосвета и Зимава остались одни. Ужас сковал ведунью, и она оцепенела, глядя на убитых стражей, что истекали кровью. А ведь еще какой-то миг назад она разговаривала с ними…

— Бежим, – бросила Зимава да за руку ведунью схватила.

Но не успели они и пяти шагов сделать, как пущенная кем-то стрела настигла прислужницу прямо в спину. Зимава упала лицом в траву и замерла.

— Господи, мамочки!.. – воскликнула отчаянно ведунья. Упала на колени рядом с девицей, приложила пальцы к шее – туда, где бьется жила.

Зимава была мертва.

Ужас объял ведунью. Поднялась она да бросилась прочь из леса.

Но убежать не успела. Прямо перед ней с дерева спрыгнул кто-то да приземлился мягко, что кошка, бесшумно. Радосвета застыла с колотящимся от ужаса сердцем. Не верила она своим глазам, глядя на того, кто перед ней стоял. Его губы растянулись в хищном оскале.

— Ну, здравствуй, землячка. Соскучилась?

— Божедар, – выдохнула Радосвета.

И едва успела вскрикнуть, когда он схватил ее за волосы да головой об дерево ударил. Острая боль пронзила висок, и мир ведуньи поглотила тьма.

Сознание вернулось к ней с мучительной болью. Радосвета сглотнула сухим горлом, вздохнула судорожно, скривилась от чувства тошноты.

А потом на нее, словно снежная лавина, накатили воспоминания о том, что случилось. Страх вновь сковал ее тело, заморозил внутренности, и ведунья попыталась встать. Но тут же с ужасом разумела, что не может. Открыла девица глаза да себя узрела привязанной. Хотя скорее распятой. Она лежала на земляном полу, руки и ноги ее были разведены в стороны да привязаны к деревянным колышкам, вбитым в пол. Присмотрелась Радосвета и едва сдержала испуганный крик: она лежала в середине начерченного круга, внутри которого кто-то нанес цепочку резов. Низкий потолок с деревянными балками расплывался в ее глазах из-за набежавших слез.

Откуда-то послышались скрип и шаги. Мужской голос язвительно над ней промолвил:

— О, проснулась, красавица. Ну наконец-то, а то мне тоскливо стало. Закручинился я.

Радосвета, превозмогая боль в голове, все же повернулась да взглянула на мужчину.

— Божедар! – воскликнула она. – Не может быть, тебя же… тебя…

— Казнили? – ехидно спросил молодец и улыбнулся хищно. – Ты это хотела молвить?

Радосвета молчала. Чувство страха сковало ее по рукам и ногам. Острое предчувствие худого не давало вздохнуть полной грудью.

— Открою тебе маленькую тайну, прелестница. Божедара, моего дорогого, любимого брата, и в самом деле казнили. Вместе с моей прекрасной красавицей сестрой. Мы были крепкой, любящей семьей. Горой друг за друга стояли. И они не выдали меня даже под страхом мучительной смерти. Чтобы я смог завершить то, к чему мы все вместе стремились. И ты мне в этом поможешь… А меня, кстати, Богумил зовут. Или не зовут… Тогда я сам прихожу… Тогда я тоже приходил на тебя полюбоваться. Когда ты лошадку седлала свою. Кажется, мое присутствие ей не по нраву пришлось…

Мужчина осклабился и расхохотался. Радосвета от страха боялась шевельнуться.

— Драгомир найдет тебя, – выпалила девица.

— Да что ты? – усмехнулся Богумил. – Можешь в это верить, ежели так тебе легче.

Он присел рядом с ней, и в руках у изверга блеснула сталь ножа. Радосвета всхлипнула, сглотнула да зажмурилась. Он ухватился за рукав ее рубахи да ножом распорол от кисти до плеча. То же самое проделал он с другим ее рукавом.