Онлайн книга «Измена. Не зови меня сестрой»
|
Когда проснулась, в комнате пахло свежим воздухом. Валера сидел рядом и держал мою книгу раскрытой. — Сам читаешь? — Хотел узнать, что тебя так усыпило. Теперь интересно. — Верни. Я первая начала. Он отдал книгу, но придержал мою руку. Я наклонилась к нему, и остаток светлого дня прошел совсем не так, как мы намечали утром. Дождь за окном то стихал, то снова шел; нам никуда не надо было успевать. Поздно вечером мы разрезали купленные сливы и спорили, какие все-таки вкуснее. Он так и не перешел на мою сторону, я на его тоже. После простого ужина Валера убрал тарелки, а я вытерла стол. Потом мы долго стояли у окна, касаясь плечами. Он поцеловал меня, я потянула его за руку в комнату и выключила свет по дороге. В воскресенье я проснулась первой. Приемник молчал. Валера спал на боку, положив ладонь возле моего плеча. Я осторожно выбралась, чтобы не разбудить, и пошла на кухню. Хлеб лежал в пакете, варенье стояло там, где мы оставили его вчера. Я открыла окно и села с чашкой, слушая редкие воскресные шаги во дворе. Мне нравилось это время без разговоров, но, когда Валера появился в дверях, я была ему рада. — Уже можно? — спросил он, показывая на приемник. — Я допиваю. Подожди пять минут. Он сел напротив, взял мою руку, поцеловал пальцы и стал рассказывать сон, в котором мы не могли найти выход из рынка. Я заметила, что это тоже звук, а он возразил, что сон был слишком важным, чтобы ждать. После завтрака мы вышли прогуляться без определенного маршрута. Солнце сушило лужи, на стенах домов оставались темные полосы. Я захотела пройти через старый двор с большим тополем, Валера предложил потом свернуть к улице, где была хорошая булочная. Через этот двор можно было пройти как раз к булочной. В маленьком дворе мы задержались у стены, по которой ползла густая зелень. Валера вспомнил, как в детстве пытался вырастить похожее на своем балконе и получил три унылых стебля. Я рассказала, как у меня погиб единственный комнатный цветок еще до брака. Мы пришли к выводу, что растениям повезло, когда мы нашли другие занятия. Днем он позвонил сыну, а я села читать в другой комнате. За поздним обедом Валера рассказал: сын переехал на другую съемную квартиру, а огромное старое кресло заняло там чуть ли не половину комнаты. Я сказала, что кресло, скорее всего, переехало первым и выбрало себе лучший угол. К вечеру мы оба притихли. Мне надо было вернуться за рабочими вещами, ему рано вставать. Я собрала сумку и нашла на столе свою книгу с закладкой почти в середине. — Продвинулась, — сказал Валера. — Свидетель есть. Он проводил меня до остановки. Когда подошел трамвай, мы поцеловались без спешки, и водитель терпеливо подождал, пока я поднимусь. Дома я вынула из сумки маленький пакет слив. Валера положил мне свои, кислые. Я попробовала одну, поморщилась и засмеялась. Потом позвонила ему сказать, что совершена подмена. Он утверждал, что дал мне шанс пересмотреть взгляды, и мы еще долго разговаривали, пока я раскладывала вещи к утру. Глава 23. То, что осталось моим В сентябре я снова стала искать по утрам теплую кофту. За лето ее успели вытеснить на дальнюю полку легкие вещи, и в первый прохладный день я вытащила целую стопку, прежде чем добралась до нужной. Из шкафа выпал большой конверт. Я подняла его, убрала обратно в нижний ящик, где лежали документы после развода и продажи квартиры. Все, что мы с Петром договорились разделить, было разделено к концу мая; развод мы оформили еще в конце апреля. Я закрыла ящик и надела кофту. На запястье застегнула старые часы, забранные из шкафчика в кондитерской: на прошлой неделе отнесла их в мастерскую, там их починили и заменили растянутый ремешок. Потом пошла допивать остывший кофе. |