Онлайн книга «Труды и дни мосье Лаббе. История одного забытого французского учителя, переводчика и грамматиста пушкинской эпохи»
|
В этом случае Делонд называет «строжайших судей» Аристархами:
Имя Аристарха Самофракийского, хранителя Александрийской библиотеки, автора комментариев к Гомеру, во Франции стало нарицательным: так называют «критика строгого, но справедливого»[410]. Другим важным переводческим решением Делонда стал способ сохранения выразительности и эмоциональности оригинала. Граф пытался воздействовать на читателя лексическими средствами (архаической, возвышенной лексикой) и риторическими фигурами, Делонд же в основном использует ресурсы синтаксиса. Так, синтаксический параллелизм в переводе встречается заметно чаще, чем в оригинале. Сравним два фрагмента: Завязки истинность главнейше дело есть. Творец! старайся все к единой цели свесть. Чтобы твоя была завязка вмиг понятна, Нравоучительна, затейлива, приятна. Как роды всех стихов, и Притча так равно Имеет действие и место действ одно. Поэму малую она легко составит И разговор межь лиц и действия представит. Повествовательно под видом небылиц Иносказательных приводит много лиц, Которыя людей всечасно поучают, И свойство каждому природно сохраняют. В Поэме таковой свирепый волк – Нерон, Лисица – то Нарцисс, а Витязь – лев и слон. Писатель ежели искусно сладит части, Вниманье привлечет, разбудит спящи страсти, Подобием разит, связь согласит узлов С потоком сладостным прекраснейших стихов: Тогда-то пользу он с забавою приносит; Тогда Омиром стал и лавр не тщетно просит. Перевод Делонда по силе убеждения не уступает оригиналу:
В этом же отрывке местоимения (интимизирующее «ты» и отстраненно-возвышенное «он») заменены на учтивое и нейтральное французское «vous». Этот выбор тоже можно объяснить переходом с поэтического кода на прозаический. Решения не всегда оказывались удачными, и некоторые яркие фрагменты оригинала у Делонда утрачивали выразительность. Так, строки: «Что само по себе прелестно и прекрасно, / То вновь переродить и украшать опасно» утрачивают афористичность и превращаются в сухое предостережение: «Craignez de refaire et d’orner ce qui brille déjà de ses propres beautés» («Опасайтесь переделывать и украшать то, что уже сияет своей красотой»). |