Книга Труды и дни мосье Лаббе. История одного забытого французского учителя, переводчика и грамматиста пушкинской эпохи, страница 61 – Елена Маркасова, Павел Клюшин

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Труды и дни мосье Лаббе. История одного забытого французского учителя, переводчика и грамматиста пушкинской эпохи»

📃 Cтраница 61

Я требую от Академии существенного ея долгу. Тут (разумеется, ежели мой перевод хорош) не надобно гения, а надобен разум, опыты и сведения. – В заключение скажу, коли им затруднительно переделывать стихи, пускай пришлют в прозе, в чем состоит погрешность и чего хотят(курсив наш. – П. К., Е. М.)[395].

Из этого отрывка видно, что прозаический перевод для Хвостова выступал скорее чем-то вроде инструмента и служил переходным этапом между черновым и чистовым вариантом перевода.

В этом же письме граф упоминает статью «О переводе стихотворцев», которую он анонимно опубликовал в «Друге просвещения»[396]. Хотя в «Истории русской переводной художественной литературы» высказывается предположение, что автором текста мог быть П. И. Голенищев-Кутузов, обнаруженная Т. Ф. Нешумовой переписка Хвостова с Х. О. Кайсаровым доказывает авторство графа. В подтверждение этой точки зрения отметим, что черновик статьи о переводе хранится в архиве Хвостова[397].

Отношение Хвостова к переводчикам в этой статье очень сочувственное, что не в последнюю очередь обусловлено его собственным опытом: мало того, что «перевод знаменитаго стихотворца есть самое скучное и безплодное для переводчика дело»[398], так еще и «слава, хотя и несправедливо, едвали когда им благоприятствует»[399]. Далее Хвостов рассуждает о постоянной критике в адрес переводчиков:

Переводитель Стихотворцев не иное что, как ответчик в суде. Разбирают его в подробности, но не по частям, и часто пристрастно и своенравно, разве у переводчика не может быть стихов удачней, нежель в подлиннике, но их пропускают мимо; положим для того что они у творца не первостатейны. Разве у переводчика слово или элокуция не может быть столькоже богато, поразительно и прелестно, как у подлинника, хотя бы оно было разнообразно по разному свойству, особ одни мысли на разных языках изображающих, но всегда требуют не возможнаго, то есть того, чтобы перевод был подлинник; а сие как выше сказано, есть дело превосходящее силы человеческаго разума. Пускай какой знаменитейший писатель возьмет на себя перевести стихами и не первостатейнаго Стихотворца, тогда увидим, будет ли труд его совершен[400].

Статью Хвостов завершает двумя важными замечаниями. Во-первых, цель любого перевода, считает он, – принести пользу для языка. При этом высказывается интересная мысль, что перевод позволяет увидеть «красоты» и «недостатки» как родного языка, так и языка перевода. Во-вторых, признаётся невозможность идеального перевода:

Мое намерение подоказать пользу от переводов, стихами происходящую, и тем доказать, сколько словесность одолжена благодарностию тем Песнопевцам, которые будучи богаты, даром вдохновения, принимают на себя с ущербом даже честолюбия своего переводы знаменитых писателей. Перевод, а особливо перевод в стихах, открывает взаимныя красоты и недостатки как того языка, на коем творение сочинено, так и того, на который оное переводится. Представляет сравнение или лучше борьбу талантов сочинителя и переводчика, или на конец в безмолвном красноречии показывает, доколе можно на природном языке вознестись в том ли самом переводе, или в каком бы то роде сочинения нибыло, подобныя замечания по моему мнению весма полезны, для молодых писателей; чем более переводов (я разумею искусных) тем лучше, ибо тем посравнению разных усилии более обогащается словесность. Единственно только в виде пользы оценивается мною подвиг мужа, дарами знаменитаго в переводе: потому, что слава превзойти подлинника своего, весьма сомнительна. Не можно подумать, чтобы Делиль и Петров таковую мысль когда либо имели. За жертву приносимую словесности, должно быть снисходительну к переводчику; хотябы он и неисполнил всех обязанностей, довольно, ежели перевод ясен и чист и переводчик повозможности сообразовался с характером того рода, на коем подлинник и вместе с характером чувств мыслей и слога творца. Все знают, что искуснейший перевод, не иное что, как эстамп с прекраснейший картины[401]. Не лучшели выдать изрядной эстамп, нежели много бездушных и без искуственных картин?[402]

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь