Книга Следующая станция – Малаховка, страница 50 – Татьяна Хохрина

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Следующая станция – Малаховка»

📃 Cтраница 50

Когда мы с бабушкой изредка по-соседски заглядывали к Фриде и Любке, допроса тоже было не избежать. Старуха пытала бабушку, не собирается ли к нам в гости какой-нибудь неженатый родственник, удивлялась, почему к маме и папе не наезжают холостые сослуживцы, и интересовалась, не развелся ли кто из соседей. По мере накопления отрицательных ответов Фрида раздражалась и, не меняя темы, переходила уже на подробности нашей жизни: «А шо, Циля, ваша Софа все еще замужем за этим гоем, как его, не помню? – бормотала Фрида, в другие дни церемонно раскланиваясь с моим папой и делая ему разные комплименты. – Как это ви решились на такой зять? Шо в нем хорошего? Подумаешь, юрист! Я даже не понимаю, шо он делает на работе. Конечно, замуж выйти непросто, но не за всякого же. Моя Любэньке за такого бы не пошла, я точно увэрена!» Я страшно обижалась за папу, начинала подавать бабушке знаки, да и сама бабушка, крепко дружившая с зятем, находила эти обвинения беспочвенными. Мы быстро собирались домой, и, уходя, бабушка ехидно спрашивала: «А што, Фрида, Люба ваша даже юриста не нашла? Наверное, она хочет еще погулять, ей ведь всего за сорок – почти девочка… Ждет, наверное, когда овдовеет Наум Фуксман (это был восьмидесятилетний одноногий малаховский жестянщик), шоб сделать ему счастье в конце жизни?» На этой фразе бабушка гордо расправляла плечи, и мы удалялись отмщенные.

Прошло время, и, приехав очередным летом, мы не увидели на лавке Фриды Беленькой. Вместо нее сидела вышедшая на пенсию Любка – продолжатель славного дела своей покойной матери. Она не была так изобретательна в разработке планов заманивания холостяков в западню – сидела с книжкой на лавке и предлагала полдома дачникам или квартирантам, при этом стабильно отказывая семейным парам и тщетно дожидаясь одиноких мужчин. За время поиска дача совсем обветшала, забор в нескольких местах завалился, поэтому в дачном сортире Люба периодически обнаруживала посторонних, а одичавшие сливы и яблоки в одну ночь обрывала местная шпана. Люба давно уже была седая, а не рыжая, и только по старой привычке красилась, потому что не рыжей, наверное, не узнала бы себя в зеркале. Пианино она отдала соседской девочке, и казалось, что дело Любино совершенно безнадежно.

Однажды, уже в начале июля, на нашей улице вдруг объявилась странная еврейская пара: совсем древняя старуха под ручку с пожилым, тщедушным мужчиной. Они искали, где бы снять на пару месяцев комнату с терраской, пока в Москве душно и пыльно. Те, кто пускал дачников, еще весной находили себе жильцов, и свободным оказался только дом Любки Рыжей. Незнакомцы поселились у нее. Как-то старуха столкнулась с моей бабушкой в очереди за молоком и рассказала, что она давно вдовеет, живет с сыном Нёмой, бывшим нотариусом, и ей в Малаховке нравится, но очень дорого, так что впредь они вряд ли смогут себе позволить такой отдых. И бабушку мою осенило: «Ви посмотрите на ваша хозяйке. Такая скромная, культурная и интересная женщина совсем одна и ув такой большой дом! Там чуть приложить руки, и будет дворэц. И отдыхайте каждый год бесплатно!» Старуха задумалась. Нёма ее никогда не был женат. «Но когда-то ж надо! Кому-то ж я должна его оставить? – разумно рассудила бабка. – Конечно, у этой Любы есть-таки недостатки: я заметила, что она не кипятит белье ув пэрсоль и ей не нравится композитор Фрадкин, но, в конце концов, это можно поправить».

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь