Книга Замри. Роман с театром, страница 200 – Адольф Шапиро

Авторы: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ч Ш Ы Э Ю Я
Книги: А Б В Г Д Е Ж З И Й К Л М Н О П Р С Т У Ф Х Ц Ч Ш Щ Ы Э Ю Я
Бесплатная онлайн библиотека LoveRead.me

Онлайн книга «Замри. Роман с театром»

📃 Cтраница 200

По установленным нами традициям… Неправы театроведы, считающие: он не думал о долговечности задуманного. Пройдёт пару лет, там видно будет – логика антрепренёра. А Константин Сергеевич Алексеев по родовой закваске не спринтер. В его генах заложено ощущение серьёзного дела как длинной дистанции. Да и кому бы в голову пришло, что акционерное дело – ненадёжно.

Путь рассчитывался на десятилетия. А то, что не всё сработало, – так жизнь, простите, щедра на сюрпризы. Особенно российская.

В новой стране – в новой старой стране – в старой новой стране

По городу, который будто впервые видел, бродили раскованные девочки с баночкой джин-тоника в одной руке и с чипсами в другой. Отовсюду звучал голос лужковского Орфея, похожего на сорвавшегося с узды подростка: «Москва – звонят колокола…»

Колокола звонили над городом, полным растерянных, обездоленных людей, над солдатом, стыдливо стрелявшим сигарету, над киосками, где продавали вино, позорящее имя «грузинское», над детьми, просившими денежку в метро, над инвалидами афганской, певшими под гитару про БТР и коварных «духов», над старинными зданиями, приговорёнными к сносу (приговор обжалованию не подлежал), и над магазинами, в которых покупатели платили за товары, не ведая, что на упаковках на иностранном языке значится «бесплатно». Школьные учителя, продававшие в час пик с тележек газеты, слушали посулы о том, что вместе с двухглавым орлом возрождается русский язык. О чём это – мало кто понимал.

Это был поминальный звон по слепой вере и утерянным надеждам. И одновременно – пустопорожний трезвон о будущем.

Словно в насмешку над несчастным людом теснили друг друга у памятных мест двойники Ленина и Сталина. С ними в охотку фотографировались иностранцы, а они в охотку получали в валюте и с кислым видом – в рублях. Вождь революции, складывающий рублик к рублику, с завистью следил, как генералиссимус ловким движением засовывает доллары за голенище сапога. В ожидании клиентов старые вожди потягивали немецкое пиво с двойниками сегодняшних и мирно гутарили. Но, завидев вдали чужестранцев, вожди вскакивали, и у Красной площади начиналась жестокая междоусобица.

Двойники Горбачёва страдали оттого, что в профиль их никто не узнаёт. Забывая, что их оригинал, знаток римского права, призывал к консенсусу, бросались с кулаками на удачливых конкурентов.

Пестрота впечатлений мешала сфокусировать взгляд на существенном. Как в исторических фильмах, крупный план уступал место общему: вокзальные площади, ставшие базарами, залы ожидания, превратившиеся в хостелы. Между спящими – на полу, на баулах, с чемоданом под голову – расхаживают милиционеры, притворяющиеся стражами порядка. А на перронах дальние поезда встречают залихватской песней о колоколах, с рефреном, извещающим, что «по золоту икон проходит летопись времён».

Не объяснить, но, когда припоминаешь ушедшую вместе с мэром песенку, почему-то зловеще звучит пророчество о том, что «озорные нагрянут грачи».

У Музея В. И. Ленина, размахивая красными флагами, выкрикивали лозунги люди в старой, заношенной одежде. Они требовали возвращения любимой советской власти, которая, между прочим, так и не удосужилась помочь им вставить зубы. Ещё и от этого требования навести порядок и отдать кого-то под суд звучали нелепо. Все были разгорячены, кричали в рупор, зазывая прохожих присоединиться, но те не оглядывались, пробегали не задерживаясь. Оставшиеся у музея провожали их растерянными взглядами, а потом кто-то растягивал меха гармони: «Дан приказ – ему на запад, ей в другую сторону. Уходили комсомольцы на Гражданскую войну…» Песню сменяла залихватская пляска, а с наступлением сумерек уже одинокий гармонист со слезой заводил: «Помнишь, мама моя, как девчонку чужую я привёл к тебе в дочки, тебя не спросив…»

Вход
Поиск по сайту
Ищем:
Календарь