Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 375 – Василий Цветков

Показательно отношение Собора к «междоусобной брани» в Москве. 1 ноября в Военно-революционный комитет была направлена делегация в составе митрополита Тифлисского Платона (Рождественского), архиепископа Таврического Дмитрия (Абашидзе), епископа Камчатского Нестора (Анисимова), архимандрита Виссариона, протоиерея Э. И. Бекаревича, иерея В. А. Чернявского и крестьян А. И. Юдина и П. И. Уткина. Однако добиться «примирения» не удалось, несмотря на встречу Митрополита Платона с одним из членов МВРК З. Соловьевым. Гораздо большее впечатление на делегатов произвело сочувственное отношение москвичей к их появлению на улицах. Делегаты, шедшие с крестом и иконой Святителя Гермогена, «беспрепятственно прошли» от Кремля, через позиции враждующих сторон по Тверской улице к «генерал-губернаторскому дому» (в нем размещался МВРК). По свидетельству митрополита Платона, «очень многие подходили под благословение и целовали крест, который он нес в руках».

Епископ Нестор сделал вывод, что «народ ждет крестного хода и нужно выйти с народом на общую молитву». Предложение крестного хода поддержал архиепископ Волынский Евлогий (Георгиевский), а также члены Собора Г. А. Чайкин, Т. Г. Суринов, заявившие о важности «выявить лик Христа, перед которым не устоит никакая сила». «Мы должны идти с чудными песнопениями Святой Пасхи, и вся Русь пойдет с нами… Духовенство пусть идет с крестами в руках, а мы возьмем в руки иконы…, да будем мы Священным Собором и этим приготовим путь спасения нашей дорогой Родине, которая умирает».

И только выступления членов Собора Астрова, генерала Артамонова, Юдина и Уткина, убедивших собравшихся в необходимости «незамедлительно выполнить дело избрания Патриарха, а до этого беречь Собор», остановили намерение совершить «Соборный крестный ход… вокруг того района, где происходит кровопролитие». Примечательно, что предложения о крестном ходе, как о средстве, с помощью которого можно объединить в «молитвенном противостоянии» всех противников «революции», будут неоднократно высказываться в областях, контролируемых белыми правительствами. Что касается Москвы, то здесь первый многочисленный крестный ход, на котором Святейший Патриарх благословил на Красной площади «коленопреклоненный народ», состоялся в воскресенье 26 ноября 1917 г.

Примечательны также слова Святейшего Патриарха Тихона, сказанные им 21 ноября 1917 г. в Успенском Соборе Московского Кремля, сразу после известия о том, что на него выпал жребий Патриаршества: «Патриаршество восстанавливается на Руси в грозные дни, среди огня и орудийной смертоносной пальбы. Вероятно, и само оно принуждено будет не раз прибегать к мерам запрещения для вразумления непокорных и для восстановления порядка Церковного. Но как в древности пророку Илии явился Господь не в буре, не в трусе, не в огне, а в прохладе, в веянии тихого ветерка, так и ныне на наши малодушные укоры: «Господи! Сыны Российские оставили завет Твой, разрушили твои жертвенники, стреляли по храмам и кремлевским святыням, избивали священников Твоих», – слышится тихое влияние словес Божиих: «Еще семь тысяч мужей не преклонили колена перед современным ваалом и не изменили Богу истинному». «И Господь как бы говорит мне так: иди и разыщи тех, ради коих еще пока стоит и держится Русская Земля! Но не оставляй и заблудших овец, обреченных на погибель, на заклание, овец, поистине жалких. Паси их и для сего возьми жезл сей, жезл благоволения. С ним потерявшуюся – отыщи, пораженную – перевяжи, больную – укрепи, разжиревшую и буйную – истреби, паси их по правде!» Эти слова оправдались в ближайшие месяцы патриаршего служения^[624].