Книга Белое дело в России. 1920–1922 гг., страница 671 – Василий Цветков

Таким образом, толкование вышеизложенной нормы могло стать весьма широким, и от участия в выборах отстранялась не такая уж незначительная часть населения Приморья. Лишались избирательного права осужденные и находящиеся под следствием. Следует напомнить, что лишение избирательных прав предусматривалось законом «О бунте», разработанном в Омске в 1919 г.

Имевшие право голоса составляли специальные избирательные списки, которые затем регистрировались. Те, кто по какой-то причине не заявлял себя в списке, подвергались штрафу по решению районной избирательной комиссии (до 50 руб. золотом). Подобного рода решением предполагалось преодолеть «абсентеизм» населения. И в этом показательном «наказании» демократические круги усматривали серьезное отличие от выборов 1917 г. Выборы объявлялись прямыми, при тайном голосовании. В городах, помимо «избирательных», составлялись также «кандидатские списки», включавшие в свой состав как отдельных лиц, выдвигавшихся группой избирателей, так и представителей политических партий и организаций. Каждый список подписывался не менее чем 25 лицами, имевшими право голоса по данному району. Списки регистрировались. «Положение» содержало расписание представительства, по которому общее число членов Собрания от Приморской области составляло 140 человек, а малонаселенные Сахалинская и Камчатская области выдвигали по 5 членов каждая. Из «полосы отчуждения КВЖД» предполагалось избрание 10 членов. Примечательно, что выборы предполагалось провести и от города Хабаровска и от Хабаровского сельского округа, находящегося на тот момент в составе ДВР. В городах утверждалась пропорциональная система выборов, при которой «избиратели в городах проставляли в избирательной записке номер или название того кандидатского списка, за который они голосуют».

Далее использовалась «математическая формула», вводившая «избирательный знаменатель» («число голосов, поданных во всем районе за все списки, разделенное на число депутатов, подлежащих избранию в данном районе»). «Число членов Народного Собрания, приходящееся на каждый список, определялось путем деления числа голосов, поданных за данный список, на избирательный знаменатель. Если при таком распределении мест членов Народного Собрания между кандидатскими списками последнее место приходилось на два или несколько списков, то предпочтение отдавалось кандидату по тому из этих списков, за который было подано наибольшее число голосов. При равенстве голосов вопрос решался жребием».

Из избирательного законодательства 1917 г. была заимствована правовая норма, допускавшая «соединение списков». Это было актуально для тех политических сил, которые не считали свое представительство в будущем Собрании достаточно большим, а также позволяло «блокироваться с родственными группами». По мнению лидера приморских кадетов Л. А. Кроля, «в смысле количественного результата на выборах соединение списков не может дать группировкам, идущим в соединении списков суммы меньше, чем если бы они шли единым списком». При этом «при соединении списков избиратель голосует за один, наиболее ему подходящий список… избиратель знает, что голос, поданный им, не пропадет, а пойдет в пользу родственной группировке, вошедшей с его списком в соединение».