Книга Бесстрашная, страница 191 – Лорен Робертс

Повариха поворачивается, ее круглое лицо сияет широкой улыбкой.

— Почти готово, дорогая. Индейке нужно еще немного времени.

Китт сидит рядом со мной на привычной месте, на стойке, будто мы снова мальчишки. Энди и Джакс занимают дальний выступ, а Пэйдин прислоняется к открытой стене, наблюдая за всеми нами.

— Держись, Джей, — утешает Китт, хоть и с поддразниванием. Он выглядит спокойнее рядом с нами, как будто его разум проясняется от всего, что его преследует.

Джакс выпячивает грудь, длинные ноги свисают со стойки.

— Я голодный, растущий мальчик.

Я смеюсь.

— О, лучше бы тебе уже перестать расти.

— Ага, — Китт смотрит на него с сочувствием, — мы не можем позволить нашему младшему брату смотреть на нас свысока.

Бордовые брови Энди взлетают вверх.

— Если он смотрит на меня свысока, значит, и на вас тоже.

— Я этого не допущу, — заявляет Китт.

— Отличная идея, — Энди украдкой макает палец в миску с картофельным пюре рядом с ней, пробуя на вкус. — Давай сделаем это твоим следующим указом, да?

Гейл даже не поворачивается.

— Я все видела, Андреа.

С широко распахнутыми медовыми глазами Энди шипит нам:

— Как, черт возьми, она это делает?!

Пэйдин смеется, и мое внимание переключается на противоположную сторону плиты. Все взгляды устремляются на нее и ее ослепительную улыбку.

— Кастрюля. Гейл видит твое отражение в кастрюле, Андреа.

Повариха оборачивается к Пэйдин, но ее улыбка не гаснет.

— Не выдавай мои секреты!

— Благодарю, мисс Грэй, — сладко говорит Энди. — Теперь тебе осталось выяснить, как Жасмин жульничает в картах.

Пэйдин кивает:

— Всегда пожалуйста.

— О! — Джакс чуть не подпрыгивает. — Можешь выяснить, куда деваются все мои левые носки?

— Да, это загадка, — моя кузина обнимает Джакса за плечи. — Но будущая королева должна мне пару одолжений после того, как я починила ее дверь. Дважды.

Ее взгляд скользит в мою сторону с легким упреком. Я небрежно откидываюсь на ладони, встречая ее взгляд с легкой усмешкой.

— Я был мертв сутки, а ты все еще беспокоишься о двери?

— О, пожалуйста, — бурчит она. — Мы знали, что ты не мертв. Но не волнуйся, я все равно скорбела из-за присутствия моего дорогогокузена.

— Какой указ ты хотела предложить? — вмешивается Китт, обращаясь к Энди. — Джакс должен перестать расти, верно?

Очевидно, он хочет сменить тему, и, к счастью, наша кузина с радостью подхватывает:

— Думаю, это очень по-королевски.

— Нет! — протестует Джакс.

Я позволяю им препираться, чтобы хоть немного вернуться в прошлое. Здесь, на кухне, все кажется проще, будто мир за пределами этих каменных стен замирает. На лице Пэйдин отражается своего рода облегчение. Возможно, она тоже нашла здесь хоть какое-то утешение. С нами. В семье, которой у нее никогда не было.

— Ну все, — гремит Гейл. — Берите тарелки и накрывайте на стол.

Мы подчиняемся, занимая скрипучий стол в дальнем конце кухни. Миски тут же опускаются на деревянную поверхность, скрывая каждую царапину и пятно. Усадив всех, Гейл занимает место во главе стола и накладывает еду на тарелки.

В детстве это было нашим убежищем — сидеть за этим столом, прячась от давления двора, которого мы не понимали. Теперь это стало еще более важным.

Джакс и Энди спорят, кому достанется лучший кусок индейки, в то время как Китт смеется, совсем не стараясь утихомирить этих двоих и их аппетиты. Я редко вижу его таким счастливым вне кухни или компании семьи.