Книга Честная игра, страница 85 – Патриция Бриггз

На верхней части рыболовной платформы загорелся тусклый свет, отвлекая их обоих.

— Какого…

…черта, подумал Чарльз, когда свет превратился в трехмерную фигуру восьмилетнего мальчика.

От запаха черной магии тошнота Чарльза от морской болезни только усилилась, и он отодвинулся как можно дальше от центра лодки. Анна взяла его за руку. Она дрожала, но не от страха. А от ярости.

— Скажи мне, что это было необходимо, — попросила она.

— Нет, — ответил Чарльз. Он знал, что Анна имела в виду не работу с ведьмой, а метод, выбранный ведьмой. Направленные заклинания были простыми. Он не делал их сам, но видел, как они накладываются. Призыв призрака в качестве компаса — серьезное заклинание, но для показухи и совершенно ненужное.

— Скажи мне, что она не сможет оставить его у себя.

— Она не сможет оставить его у себя, — заверил ее Чарльз. Он не был ведьмой, но его кое-чему научил дедушка. Возможно, он не сможет избавиться от своих собственных призраков, потому что сначала ему нужно как-то взять себя в руки, но он легко освободит Джейкоба Мотта от черной магии.

— Хорошо, — произнесла Анна напряженным голосом, веря, что он сдержит свое слово.

— Джейкоб, я призываю тебя, — сказала ведьма, ее голос был подобен меду, текущего над ветром и плеском волн. — Джейкоб, я заклинаю тебя. Джейкоб, я называю тебя. Исполняй мою волю.

Фигура мальчика, освещенная серебристым лунным светом, стояла к ней спиной, его голова опущена, он всем своим видом показывал, что не хочет здесь находиться. Но выражение его лица было пустым, а глаза — красными, как огонь.

— Где они убили тебя, ДжейкобМотт? Где они принесли в жертву твое смертное тело?

Мальчик поднял голову, посмотрел на юго-восток и указал пальцем.

— Я не могу плыть без света, — возмутился Малкольм. — Во-первых, это незаконно. Во-вторых, я не хочу, чтобы меня поймали со свечами, сделанными из человеческой крови. Я не возражаю против штрафов, но не собираюсь садиться в тюрьму.

— Моей магии нужна тьма, — сказала ведьма загробным голосом.

Боклер встал со своего места и взялся за поручни лодки. Огни снова зажглись, и ведьма повернулась к нему.

— Твоя магия — это тьма, — сдержанно произнес фейри. — Остальное — дешевая театральщина.

Ведьма проигнорировала его и положила руки на плечи мальчика, лаская его совсем не как мать.

— Спасибо, — поблагодарил Айзек фейри.

Малкольм был напряжен, потому что ему пришлось стоять прямо под заклинанием черной магии, чтобы управлять лодкой. Он повернул «Дакиану» в указанном мальчиком направлении.

— Мы на правильном курсе, — заверил Айзек.

Малкольм занялся своими картами, а затем крикнул достаточно громко, чтобы люди, которые не были оборотнями или фейри, могли услышать его из-за шума двигателя и волн:

— Похоже, мы направляемся в Лонг, Джорджес или Гэллопс.

— Что думаете? — спросил Айзек всех. — Малькольм зарабатывает на жизнь, вытаскивая любого, кто заплатит ему, на рыбалку или исследования. Он занимается этим тридцать пять лет и знает гавань как свои пять пальцев.

— Я полагаю, это может быть любое из этих мест. У Джорджес днем много людей, и я бы на месте нашего парня нервничала, пытаясь удержать пленников незаметно.

— А как насчет Лонг-Айленда? — спросила Лесли. — Туда тоже можно добраться на машине, верно?

— Правильно. — Малкольм помолчал. — На Лонг-Айленде есть государственные учреждения здравоохранения, и там живут и работают люди. Но есть много мест, куда никто не ходит. Там больше заброшенных мест, чем в Джорджесе или Гэллопсе, где можно спрятать похищенных людей. Эти старые больничные здания связаны туннелями. Есть несколько пустующих зданий: старый концертный зал, часовня и пара зданий, связанных со старой больницей. Форт Стронг разрушается, и там полно хороших укрытий. Старый альфа поручил мне организовать там пару охот в полнолуние. Мы так же охотились на Гэллопсе, надо бы провести там еще пару охот, потомучто кролики наносят большой урон. Главное, чтобы никто не заметил лодку. Там тихо, потому что последние десять лет зона закрыта на карантин. В Гэллопсе есть старые военные здания, полные асбеста, и у государства нет денег, чтобы их почистить.