Книга Честная игра, страница 86 – Патриция Бриггз

— Наш субъект много знает о здешних краях, — отметила Анна.

— Мне тоже всегда так казалось, — согласился Гольдштейн, который встал и обошел лодку, чтобы получше рассмотреть мертвого мальчика, который руководил их путешествием. — В большинстве своих охотничьих угодий он ведет себя как местный, а не как турист.

Гольдштейн остановился и нахмурился, глядя на слегка светящегося мальчика.

— Он призрак? — спросил он.

Анна посмотрела на Чарльза, и все остальные последовали ее примеру.

Ведьма тоже посмотрела на него и улыбнулась.

Чарльз проигнорировал ее и постарался спокойно ответить.

— Это не его душа. Она не могла к этому прикоснуться. — Он верил, что душу запятнать может только тот, кому эта душа принадлежала, даже если его призраки смеялись на его слова.

«Ты запятнал нас, — сказали они ему. — Ты украл нашу жизнь и запятнал нас».

Он продолжил говорить, игнорируя голоса мертвых.

— Призрак — это маленькие оставшиеся кусочки, собранные вместе. Воспоминания хранятся в зданиях или вещах, а здесь — в плоти и волосах.

— На самом деле это не мальчик? — спросила Лесли Фишер, и, судя по тону ее голоса, если бы он сказал «да», она готова была пристрелить Холли.

— Нет. Это больше похоже на поношенный старый свитер, — ответил Чарльз. Он был почти уверен, что красные глаза у мальчика создала сама ведьма.

Лесли посмотрела на него, и он подумал, что под таким взглядом, любой ребенок будет слушаться мать. Затем она кивнула и прошла в заднюю часть лодки, сев рядом с Боклером вместо сидения за консолью. Она не хотела сидеть спиной к ведьме, и Чарльз не мог ее за это винить.

Через некоторое время Малкольм сказал:

— Мы идем не в Лонг-Айленд или Джорджес. Мы идем либо в Гэллопс, либо куда-нибудь вдоль побережья.

— Это не побережье, — возразила ведьма, поднимая лицо к ночному небу. — Разве вы этого не чувствуете? Это великолепно. Они, видимо, любители, если оставили такое угощение. — Она улыбнулась ужасной улыбкой, и самое ужасное было в том, что она выглядела милой и юной. Но улыбалась она из-за смертиДжейкоба Мотта и других до него.

— Очень жаль, что так много ведьм боятся воды, — обратилась Холли к Чарльзу. — Иначе мы бы узнали об этом давным-давно. Они использовали это не только в этом сезоне.

Чарльз вспомнил, что «Охотник» дважды убивал в Бостоне.

— Если бы сейчас стояла весна, у нас были бы проблемы с доступом в Гэллопс, — заметил Малкольм. — Как бы то ни было, есть несколько доков, которыми все еще можно пользоваться. Я проведу нас по окрестностям.

— Мы поняли направление, — сказал Чарльз ведьме. — Освободи мальчика.

— Я думала, он был просто коллекцией воспоминаний, — пробормотала она. — Просто старый свитер, выброшенный после смерти Джейкоба.

Чарльз запрыгнул на перила рыболовной платформы, удерживая равновесие при внезапном крене, вызванном силой его прыжка, а затем устроился поудобнее, когда лодка выровнялась и закачалась на волнах.

Он поймал взгляд ведьмы и выпустил на поверхность братца волка и всю его силу.

— Отпусти его.

Холли подчинилась раньше, чем осознала, что сделала, но внезапная сила приказа вынудила ее подчиниться. Она прогнала призрака движением своей силы. Затем от возмущения распахнула рот, и вокруг нее сгустилась магия.

— Не стоит, — предупредил Чарльз, прежде чем она успела завершить любую пакость, пришедшую ей на ум. — Тебе не понравится то, что произойдет.