Книга Дочь звёздного палача 2, страница 64 – Элис Нокс

Руны под браслетом пульсировали тепло – связь с Орионом тянулась через город.

Я прикрыла глаза.

Но даже в темноте, на краю сознания, я видела его лицо.

Хага.

Задумчивого. Прищуренного. Вспоминающего.

Где-то видел меня раньше.

Часы тикали.

Завтра он вспомнит.

Или я убью его раньше.

Усталость потянула вниз – тяжёлая, неумолимая.

Я позволила ей забрать себя.

Сон пришёл – беспокойный, полный обрывков образов.

Золотые глаза в темноте. Цепи. Клетки. Вайлет, что плачет.

И Орион – далёкий, но близкий через узы.

Держись, послал он последнее перед тем, как я провалилась.

Я иду.

Проснулась резко – от звука.

Металлический лязг замка, громкий в ночной тишине.

Я открыла глаза, сердце ёкнуло – один пропущенный удар, затем заколотилось быстрее, адреналин хлынул в кровь холодной волной.

Темнота в комнате плотная – только слабый свет из коридора просочился, когда дверь приоткрылась.

Силуэт в проёме.

Мужчина.

Невысокий – метр семьдесят, не больше. Худощавый, но не изящный – угловатый, с острыми локтями и коленями, что выпирали даже сквозь одежду. Двигался суетливо, нервно – как крыса, пробирающаяся по тёмному переулку в поисках объедков.

Но одет чисто – костюм тёмный, отглаженный, рубашка белая, манжеты аккуратно застёгнуты. Волосы причёсаны гладко, блестели от геля.

Внешний лоск, что не скрывал сути.

Лицо было… мерзким. Не уродливым – черты правильные, нос прямой, подбородок острый. Но что-то в выражении, в том, как он смотрел, в том, как губы растянулись в улыбке – делало его отвратительным на уровне инстинкта.

Маленькие глаза блестели жадно – как у крысы, увидевшей мясо.

Я не двигалась. Притворялась спящей. Дышала ровно, не открывая глаз полностью – только щель, чтобы видеть.

Мужчина вошёл, закрыл дверь тихо – не до конца, оставил приоткрытой.

Свет из коридора падал полосой на пол, отбрасывал его тень – длинную, искажённую, похожую на лапу хищника.

Он остановился, оглядел комнату – медленно, методично.

Взгляд скользнул по мне.

Задержался на секунду – оценивающе, голодно.

Затем перешёл на Вайлет.

Ещё секунда.

И наконец остановился на девушке на третьей койке.

Губы растянулись шире – в улыбке, что заставила желудок сжаться.

– Вот она, – пробормотал он тихо, почти нежно, как говорят о драгоценности. – Красавица. Господин выбрал хорошо.

Подошёл к её койке – шаги лёгкие, почти бесшумные, но торопливые, нервные.

Я лежала неподвижно, сжав кулаки под одеялом так сильно, что ногти впились в ладони до боли.

Не двигайся. Не подавай вида.

Мужчина наклонился над девушкой, схватил её за плечо – резко, грубо:

– Эй. Просыпайся.

Она дёрнулась, проснулась с тихим вскриком – глаза распахнулись, полные ужаса.

– Т-тихо, тихо, – он зажал ей рот ладонью, наклонился ближе. – Не ори. Разбудишь остальных. Да и кому кричать? Охрана за дверью – мои люди. Не помогут.

Голос был тихим, вкрадчивым – почти ласковым, но под ним сквозила издёвка, наслаждение её страхом.

Девушка застыла, дыхание участилось – грудь вздымалась и опускалась быстро, панически.

– Вот так, умница, – он убрал руку медленно, провёл пальцами по её щеке – почти нежно, но от прикосновения её передёрнуло. – Господин Хаг ждёт тебя. Очень ждёт.

Он усмехнулся – звук был влажным, хлюпающим:

– Знаешь, он всегда так. Когда привозят новеньких – не может ждать до официального приёма. Нужно попробовать сразу. Проверить качество.