Книга Дочь звёздного палача 2, страница 79 – Элис Нокс

Служанка сняла с меня вуаль одним движением.

Ткань соскользнула.

И все вокруг замерли.

Молодой актёр в белой тунике обернулся. Маска выпала из рук – звякнула. Рот приоткрылся. Глаза широкие, потрясённые.

Женщина-костюмер замерла на полуслове. Пальцы разжались. Ткань упала.

– Боже… – выдохнула едва слышно.

Пожилой режиссёр медленно опустил планшет. Смотрел долго. Затем кивнул с благоговением:

– Господин Хаг превзошёл себя. Это не актриса. Это живая богиня.

Шёпот пробежал по актёрам – тихий, восхищённый.

Я стояла неподвижно под десятками взглядов. Чувствовала каждый. Восхищение. Трепет. Страх. Желание.

Хотелось прикрыться. Спрятаться. Но некуда.

Стою почти голая, расписанная золотом, под взглядами чужих. Товар. Экспонат. Живая декорация.

– Хватит пялиться, – служанка рявкнула. – По местам! Скоро начало!

Актёры встрепенулись, вернулись к делам. Но взгляды всё равно скользили украдкой.

Служанка подвела меня к краю сцены – там, за занавесом.

– Стоять здесь. Твой выход в первом акте. Когда услышишь сигнал – музыку меняют – выходи. Медленно. В центр, на возвышение. Помнишь?

Я кивнула.

Она ушла.

Я осталась стоять в тени, скрытая от гостей занавесом. Слышала их голоса за тканью. Смех. Разговоры. Звон бокалов.

Вокруг суета продолжалась. Актёры занимали позиции, проверяли костюмы. Но старались не смотреть прямо. Бросали взглядыискоса – быстрые, украдкой.

– Красиво, – голос сбоку.

Молодая актриса лет двадцати пяти в белом платье.

Смотрела с восхищением и грустью:

– Я тоже играю Вегу. В четвёртом акте. Но рядом с тобой я выгляжу бледной копией.

Вздохнула:

– Господин Хаг нашёл сокровище. Ты действительно похожа на древних. Как будто они вернулись.

Я не ответила. Смотрела сквозь щель в занавесе – на гостей, что рассаживались. Сотни лиц незнакомых. Аристократы. Богачи. Те, кто верит лжи Империи.

– Волнуешься? – актриса коснулась моего плеча легко. – Не бойся. Просто говори слова, двигайся, как показали. Всё пройдёт быстро.

Улыбнулась ободряюще.

Но я не чувствовала утешения.

Шаги за спиной – тяжёлые, размеренные.

Я обернулась.

ХАГ.

Шёл к краю сцены. Мантия шуршала, корона сияла. Он выглядел как живое воплощение власти.

Остановился передо мной в полуметре.

Смотрел. Долго. Не отрываясь.

Глаза скользили по золотым узорам на лице, шее, груди. По обнажённым плечам, животу.

Затем медленно, почти благоговейно протянул руку.

Я застыла. Не дышала.

Пальцы коснулись моей щеки легко, почти невесомо. Провели по золотому узору.

Прикосновение нежное. Как будто он касался священного артефакта.

– Совершенство, – прошептал он. – Абсолютное совершенство.

Палец скользнул ниже – по шее, по ключице. Остановился у края корсета.

Глаза встретились с моими. В них бушевал водоворот эмоций. Восхищение. Жадность. Желание. Триумф. Что-то тёмное, хищное.

Я стояла неподвижно. Каждый мускул напряжён. Хотелось отшатнуться. Ударить. Сбежать.

Но охранники позади. Вайлет где-то здесь.

Терпеть. Держаться.

Хаг отстранился медленно, неохотно.

Взгляд упал на мои руки. Скользнул по золотым браслетам на запястьях.

Остановился.

Он взял мою руку, поднял, рассматривая ближе.

Под краем золотого украшения виднелся кожаный браслет. Тот самый. Простой. Потрёпанный. Что я не сняла. Что скрывает руны.

Хаг усмехнулся тихо, с какой-то странной, знающей интонацией.