Книга Дочь звёздного палача 2, страница 81 – Элис Нокс

За занавесом музыка набирала мощь.

Хаг говорил что-то ещё – голос гремел, восторженный.

Затем:

– И ныне… начало!

Занавес поднялся.

Свет ударил в лицо – яркий, ослепляющий.

Я стояла неподвижно. Руки подняты, голова откинута назад. Золотые узоры на теле сияли в свете факелов.

Гости ахнули. Хором. Одновременно. Звук прокатился по рядам – восхищённый, потрясённый.

Я не двигалась. Не смотрела на них. Смотрела в небо – на звёзды над головой. Настоящие. Далёкие. Холодные. Свидетели.

Музыка играла – мягкая, мистическая.

Актёры вокруг меня начали двигаться – плавно, ритуально. Древний танец творения.

А я стояла в центре.

Первая Вега.

Живая ложь.

И единственная правда на этой сцене.

Занавес поднимался медленно – скрип механизма, шуршание тяжёлой ткани о дерево.

Свет ударил в лицо – яркий, тёплый, золотой, как расплавленное солнце.

Я стояла на возвышении в центре сцены. Руки подняты к небу. Голова откинута назад. Замерла – живая статуя, богиня, застывшая в момент творения.

Гости ахнули хором. Я не смотрела на них – только на настоящие звёзды над садом. Далёкие. Холодные. Безразличные свидетели того, что произойдёт дальше.

Музыка началась – мягкая, древняя. Струнные инструменты переплетались с высоким плачем флейты и глубоким сердцебиением барабанов. Вокруг меня актёры в белых одеждах начали двигаться – плавно, ритуально, босыми ногами скользя по сцене. Древний танец творения.

Один коснулся пустоты – золотая звезда вспыхнула в воздухе, пульсирующая, как живое сердце. Другой опустил руки к полу – дерево из света проросло сквозь доски. Третий поднял ладони – волна золотого сияния разлилась по сцене.

Голос Хага зазвучал отовсюда и ниоткуда – глубокий, торжественный:

– В начале времён… До богов. До Империи. До всего… Были ПЕРВЫЕ.

Я неспешно опустила руки. Повернулась лицом к залу. Их лица застыли – рты приоткрыты, глаза широкие, не мигают. Смотрят на меня как на явление из другого мира.

Открыла рот. Голос вышел ровный, чёткий:

– Мы были первыми…

Пауза. Тишина абсолютная.

Затем тише, с печалью, что не нужно было изображать:

– …и думали – будем вечными.

Музыка стихла почти полностью. Свет начал меняться – холоднее, голубоватые оттенки вплелись в золото.

– Вега творили. Из пустоты – жизнь. Из хаоса – порядок. Их кровь несла код вселенной.

Я медленно спустилась с возвышения. Браслеты на лодыжках звенели тихо. Прошла между актёрами – они стояли замершие. Коснулась одного по плечу – он ожил, продолжил танец. Коснулась другого. Третьего. Один за другим оживали под моим прикосновением.

Вернулась в центр. Актёры вокруг танцевали всё быстрее. Проекции вспыхивали – звёзды, планеты, туманности. Вселенная рождалась на их глазах.

– Они направляли. Творили. Наблюдали… Как галактика расцветает.

Музыка достигла пика. Свет вспыхнул ослепительно. Все подняли руки одновременно. Я стояла в центре – руки к небу. Картина совершенства. Золотой век.

Затем музыка резко оборвалась. Как обрезалиножом.

Свет погас.

––

Музыка вернулась – мощная, воинственная, тревожная. С боков сцены вошли новые актёры в сияющих одеждах, маски на лицах. Один – крылья за спиной, маска сурового воина. Орион. Другой – корона из света, маска царственная. Терион. Другие – символы сил: огонь, вода, тьма.

Движения широкие, властные, агрессивные. Заняли позиции вокруг возвышения.