Книга Меня любил Ромео, страница 72 – Эль Вайра

— Отлично, — шепчу я, разглядывая густой сироп в маленьком флаконе.

Эту неприятную и драгоценную смесь, полученную из куста диковинного растения, целительница купила два месяца назад у незнакомца, приехавшего в Италию из Нового Света. Насколько я поняла по описанию, он прибыл из страны, которая позже станет Бразилией.

Пока Джузеппа приводит в чувства Бенволио, я хватаю Ромео за подбородок и заставляю его рот открываться, а потом выливаю сироп ему на язык.

— Давай, мой хороший, — шепчу я больше себе, чем ему. — Пей.

Я наклоняю его голову, чтобы жидкость прошла дальше и достигла желудка. Теперь нужно перекатить его на бок, чтобы он не захлебнулся в собственной рвоте и не перепачкал Бенволио, который приземлился рядом с ним.

Сироп эффективен — через несколько мгновений Ромео начинает тошнить. Он кашляет и тошнит еще сильнее, очищая свой организм от яда, который недавно проглотил. Я придерживаю его голову, стараясь игнорировать неприятные запахи и звуки, исходящие от него.

Когда Ромео заканчивает выворачиваться наизнанку, я достаю из сумки Джузеппы ткань и вытираю его рот. Теперь он дышит нормально, вполне приемлемо для живого человека, а синий оттенок окончательно исчезает с его губ.

Бенволио стонет рядом и приходит в себя.

— Розалина?

— Да, Бенволио, я здесь.

Он крутит головой и облегченно выдыхает, увидев меня рядом.

— Смотри под ноги, — предупреждаю его я, когда онпытается подняться. — Тут кровь и рвота повсюду, не поскользнись.

Ко мне подходит Виола и робко трогает за руку, кивая в сторону Джульетты.

— Она мертва? — спрашивает девочка.

— Еще нет, но умирает.

Ромео шевелится, издавая рваный стон.

— А он? — с тревогой спрашивает Бенволио. — Он в порядке?

Я наклоняюсь к лицу Ромео.

— Ромео? Ромео, ты меня слышишь?

Еще один стон, а затем его глаза распахиваются. Одно долгое мгновение он просто смотрит на меня невидящим взглядом, а затем, встрепенувшись, садится рядом и обвивает меня руками.

— Розалина! Ох, моя милая…

Бенволио хмурится.

— Милая?

Я отчаянно извиваюсь в объятиях Ромео, но его хватка на удивление крепка.

— Розалина, ангел мой, мне приснился очень странный сон…

Он начинает настойчиво целовать мою шею.

Кряхтя, Бенволио поднимается в полный рост, хватает Ромео шкирку и отвешивает ему такую мощную и звонкую пощечину, что мне становится страшно, как бы его голова не слетела с шеи.

— А ну собрался, быстро! — яростно цедит Бенволио сквозь зубы. — Открой глаза и вспомни, кого ты должен называть милой!

Он встряхивает своего кузена, но лицо Ромео непроницаемо.

— Подумай хорошенько, — злобно советует Бенволио. — Пир. Девушка. Балкон.

Глаза Ромео округляются.

— Джульетта! О, моя Джульетта! Значит, это был не сон? Всё это? Свадьба, убийства, мое изгнание? Яд?

С каждым словом он бледнеет всё больше.

— Джульетта… — шепчет он. — Моя жена, моя любовь… Я нашел ее здесь, мертвой…

— Не мертвой, — мягко говорю я. — Она была под воздействием снотворного.

— Значит, она жива!

— Пока что, — вздыхаю я. — Она убила себя, когда подумала, что ты умер.

Ромео в ужасе.

— Пойдем, — говорит Бенволио. — Мы тебе всё расскажем, когда покинем это отвратительное место.

— Нет! — восклицает Ромео.

Он уже смотрит туда, где лежит Джульетта.

Бенволио вопросительно смотрит на меня, и я киваю. Не говоря ни слова, он берет Виолу за руку и ведет ее прочь из склепа, пока Джузеппа собирает свои инструменты и снадобья. Она тоже бесшумно уходит, а я возвращаюсь к Джули и становлюсь на колени рядом с ней. Склоняю голову на прохладные камни.