Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 200 – Гарри Фокс

— А что тебя не устраивает в принцессе? — решил зайти по-другому отец, отпивая вино. Его взгляд был пристальным и испытующим.

— Дело не в ней. А в вас и во мне. С кем мне обзавестись связями и на ком жениться — мне решать. Ни тебе, ни императору.

— Твои слова можно приравнять к предательству, — холодно, отчеканивая каждое слово, сказал отец. — Император даёт тебе самое ценное, часть своей души и крови. А ты отвергаешь его. Это предательство, Роберт. Твоя сила редкая и могущественная. Но не стоит забывать, что ты такой не один. Есть другие таланты в магии, техники и рыцарском деле. Стратеги, от которых кровь стынетв жилах. Этот мир огромен, Роберт. Твоя сила поможет тебе сокрушить армию. Но противостоять миру — глупость и смерть. Если хочешь, то откажись. Но последствия вызовут волну, которая утопит в крови всех, кто тебе дорог. Достаточно будет недели, чтобы тебя поймали. А твою силу запечатать не составит труда верным людям императора. Выбирай. Смерть или попробовать найти своё счастье в ином пути.

Я замолчал и сел на место. В словах отца была та самая, безжалостная правда, против которой не попрёшь. Это была не угроза, это была констатация факта. Я был невольником собственной силы, и моя свобода закончилась в тот момент, когда я проявил её публично.

— Принцесса Мария очень красивая и добрая девушка. Я не вижу причин ей противиться. И скоро… наш мир изменится. Если ты догадываешься, то она станет следующим правителем. А с её приходом придут новые законы, которые уже начали одобрять.

— Это какие? — спросил я, чувствуя, как нарастает новое, непонятное напряжение.

— Наша империя и весь мир идут давно к новому. Ты мог это заметить, изучая историю. Мы идём к матриархату, а с наступлением правления Марии он официально вступит в силу.

Мой мозг на секунду отключился.

Матриархат?

Это было настолько неожиданно, настолько глобально и чудовищно, что я просто не мог осознать это сразу. Вся картина мира, с её патриархальными устоями, рыцарями-мужчинами и воинственными императорами, вдруг затрещала по швам и начала рассыпаться. Вспомнились намёки, которые я раньше игнорировал: властные женщины в академии, та самая инициатива девушек, о которой он говорил… Всё это было не случайностью, а системой. И я, своей дерзостью и силой, просто попал под её колёса.

— Так что не удивляйся, что именно она будет просить твоей руки. А ты будешь исполнять её хотелки. Думаю, ты сам заметил в академии, что девушки стали проявлять инициативу больше, чем парни. Так что готовься к переменам. И сохрани свою девственность для будущей императрицы. Ты же не гулящий мальчишка. Как сейчас у нас в обществе называют таких?

— Слабый на передок, — без тени насмешки, как о чём-то само собой разумеющемся, сказала мама. — Или легкодоступный мальчик.

Чего⁈

Это был уже не просто шок. Это было полное и абсолютное крушение реальности. Внутри меня будто взорвалась бомба из стыда, ярости иабсолютного, животного недоумения. Моя личная жизнь, моё тело, мои интимные отношения — всё это вдруг стало предметом государственной важности и общественного осуждения. «Слабый на передок»? «Легкодоступный мальчик»? Да вы издеваетесь⁈ Во мне вскипела дикая, первобытная ярость от такого унизительного ярлыка. Но одновременно с ней пришло и леденящее душу осознание: они не шутят. Это — новая норма. И в этом новом мире мне уготована роль… живого приза, «сильного генетического материала» при всесильной императрице. От этой мысли стало физически тошнить.