Книга Академия Запретных Жестов. Курс 1. Сентябрь, страница 197 – Гарри Фокс

Дар Эвелин обернулся проклятием, а спасение — новым источником раздора. Люди, победившие чудовищ во тьме лесов, сами стали чудовищами при свете дня. И теперь, в эпоху Империи Аласта, это наследие Тлена живёт в каждом аристократическом доме, в каждой политической интриге, в самом воздухе Академии Маркатис, напоминая: самая страшная тьма таится не в монстрах из Питомника, а в сердцах тех, кто призван их уничтожать.

Магия, рожденная от противостояния Эвелин и Эрика, не стояла на месте. Столетия практики, изучения и жертв породили множество ответвлений, выстроенных в стройную, почти научную систему.

Магия Эвелин — Созидающий Прядень — была светлой, структурированной, подчиняющейся воле и интеллекту мага. Она стала основой для:

Стихийного Призыва — точного контроля над элементами.

Исцеления и Благословений — магии, направленной на укрепление жизни.

Световых Иллюзий — создание образов, дарующих надежду и ободрение.

Магия Эрика — Хаотическая Спираль — была дикой, инстинктивной,черпающей силу из сиюминутных порывов и сильных эмоций. Она породила:

Проклятия и Осквернение — искажение жизни и магии противника.

Некромантию — подчинение бездыханной плоти, что было извращением дара Эвелин.

Кровавые Ритуалы — магию, черпающую мощь в жертве и боли.

Две силы, свет и тень, находились в хрупком и вечном противовесе. Казалось, в этом мире нет места для чего-то третьего.

Но однажды… появилось Иное.

Её называли по-разному: «Эхо Бездны», «Серый Шум», «Разрыв Полотна». Эта сила не была рождена ни под улыбкой Эвелин, ни под коварством Эрика. Она приходила извне, из пространства между мирами, из измерений, где не действовали знакомые законы бытия. Она была далека от человеческого понимания и противоречила всему созданному.

Что она приносит в мир?

Обладатель этой силы не творит заклинаний в привычном смысле. Он не призывает пламя и не воскрешает мертвых. Он… редактирует реальность.

Он может сделать вероятность падения конкретной капли дождя на кончик носа врага — стопроцентной.

Он может заставить все окружающие предметы в радиусе ста шагов «забыть» закон тяготения на три секунды.

Он может «стереть» одно воспоминание из разума толпы или, наоборот, «вшить» в коллективное сознание убеждение, что небо — зелёное.

Эта сила не созидает и не разрушает. Она игнорирует устои мироздания. Она — баг в коде вселенной, а её носитель — живой патч, способный как починить ошибку, так и вызвать фатальный сбой. С её помощью можно остановить войну, сделав так, чтобы все солдаты одновременно забыли, как держать оружие. А можно вызвать хаос, отменив в городе трение, превратив его в адский каток.

Властен ли он над своей судьбой?

Это самый мучительный вопрос. Первые носители «Эха Бездны» сходили с ума. Сила не просто подчиняется воле — она реагирует на её глубинные, часто неосознанные страхи и желания. Она как дикое, могущественное животное, связанное с душой мага.

Он может пытаться направлять её, но сила всегда будет добавлять свою «поправку на реальность». Захотел он спасти друга — и спас, но при этом нечаянно сделал так, что все птицы в округе навсегда забыли, как петь. Пытаясь защитить себя, он может инстинктивно «отключить» агрессию у нападающего, превратив грозного воина в пассивное растение.

Сила сама решает, что ей творить.