Книга Наследник графа Нортона, страница 42 – Валерия Аристова

— Обещаю.

Он, конечно, не планировал её забирать. Но взгляд её проник в душу. И он весь тот год, что жил в Париже, просыпался от того, что ему снился этот взгляд.

— Я будулюбить вас все это время! — прошептала она, отступая, — потому что вы обещали мне... обещали!

Он обещал.

— Ваша кузина очень ждёт вас, — сказала леди Кортни, когда он наконец-то объявился в Лондоне, — я ездила к ней. Вы знаете, кажется сэр Мартин перестарался с воспитанием.

Александр ничего не знал о воспитании юных дев. Но когда он все же поехал, чтобы навестить кузину, он и сам убедился, что леди Кортни права. Джейн бросилась ему на шею, радостно крича, что наконец-то он заберёт её от дяди и они поженятся.

Странности он заметил сразу. Девушка шестнацдати лет больше всего любила свою куклу, которую звала Фанни. Она кормила ее, одевала и укладывала спать. Сэр Мартин боролся с Фанни, как умел, отбирая куклу, но через день-другой кукла неизменно появлялась вновь. Сделанная из разного рода тряпок, соломы или набитая пухом из подушек, Фанни оказывалась в комнате Джейн.

— Она постоянно играет в эту куклу! — возмущался дядюшка, когда они с Александром остались одни, — хотя я воспитывал ее, как написано в лучших книгах!

— Это как? — наконец-то спросил Александр.

— Ну... - дядюшка замялся, — я сделал из неё леди. Любая провинность, знаете ли, наказывается, я лишаю её обеда и ужина. А вот любое хорошее дело остаётся незамеченным. Потому что хорошие добрые дела — это обязанности леди. Вы же видели её комнату, её платья? Все самое простое. Отопления нет даже зимой. Девицы должны быть заняты делами, а не нежиться на перинах. Учение, но не то, что они там хотят. Она хотела музыку, вот именно её то и не было в нашем расписании. Зато языки, история, математика, все самое важное. Если гувернантка оказывалась мила с ней, я её менял. Потому что учителя должны быть непредвзяты.

— И при этом она играет в куклы, — сказал Александр, чувствуя, что бледнеет от гнева.

— Да, — дядя ухмыльнулся, — вот не знаю, почему. Наверное, умом тронулась.

То, что Джейн "умом тронулась" Александр убеждался с каждым днем, когда они гуляли по парку. Джейн не было позволено ничего подобного, но Александр настоял, что девицам полезно совершать моцион. Она говорила немного странно и не о том, что обычно обсуждают девушки её возраста. Джейн интересовали птички на ветках, цветы, у которых она искала душу, и её кукла Фанни, для которой она набирала букеты, чтобы порадовать сестричку.

Когда же Александр собрался уезжать, то Джейн пришла в его комнату и бросилась к его ногам.

— Пожалуйста, не оставляйте меня здесь! Умоляю! Что угодно, только не в этом доме!

Он поднял ее. Джейн дрожала мелкой дрожью.

— Я люблю только вас! — сказала она страстно, обвивая руками его шею, — и я обещаю, что выброшу Фанни, раз вы не любите ее! Только заберите меня!

Он обнял ее, утешая. Она вскникнула, когда рука его коснулась её спины.

— Что с вами?

Джейн смутилась.

— Ничего.

— Скжаите, почему вам больно?

Брови его съехались на переносце. Он подошёл к ней и дёрнул с плеча её платье. Джейн вскринула, пытаясь натянуть обратно лёгкую ткань. Но он уже увидел все. Страшные шрамы, старые и свежие, покрывающие её спину.

— Это и есть ваше воспитание? — кричал он сэру Мартину, когда, пылая ненавистью, добежал до его комнат, — вы бьете девчонку! Вы запрещаете ей все, что может быть ей интересно! Это вы довели её до того, что в шестнадцать лет она играет в куклы! Кого ей ещё любить?