Книга Приятный кошмар, страница 144 – Трейси Вульф

Одну долгую ужасную секунду я не верю своим глазам.

Две еще более долгие секунды я думаю, что она, возможно, феникс, как Эмбер, и просто не знала об этом.

Но где-то через четыре секунды до меня доходит, что это совсем непохоже на то, что происходило с Эмбер.

Ева сгорает в огне.

Она протягивает руки ко мне, и я вскакиваю истошно крича, и ищу что-то, что могло бы затушить пламя. Поскольку я конченая дура, я только что вышвырнула из дома мое пуховое одеяло, поэтому я срываю с моей кровати простыню и накидываю ее на Еву в отчаянной попытке прекратить горение. А затем пытаюсь сбить пламя руками, как Джуд пытался сделать это с Эмбер, но оно продолжает бушевать. Хуже того, Ева душераздирающе кричит, и это самый ужасный звук, который мне доводилось когда-либо слышать.

– Я спасу тебя, – говорю я ей, схватив стакан воды, который я только что себе налила, и вылив его на нее, прежде чем схватить и нижнюю простыню. Но, накидывая ее на Еву, я уже понимаю, что от этого не будет толку.

– Ева, все будет хорошо! – кричу я, схватив свой телефон и набрав номер островной службы спасения для общежитий.

Затем вытаскиваю из корзины в изножье моей кровати еще одно одеяло и выбрасываю его за дверь, чтобы оно намокло.

Под дождем оно промокает насквозь всего за пару секунд, но даже это слишком долго. Потому что огонь распространяется, взбирается по стенам и занавескам к потолку. Я все равно накидываю на нее пропитанное водой одеяло, но она уже не сидит и не шевелится. То, что осталось от нее, просто лежит неподвижно на середине кровати, пока пламя охватывает всю комнату, а телефон, который я держу в руке, просто переключается на голосовую почту.

Я в шоке смотрю на Еву, а между тем пламя распространяется по полу, его жадные языки сжирают веселенький ковер, который мы вместе выбрали, когда узнали, что в том году станем соседками по спальне. Часть меня осознает, что мне надо выбраться отсюда, что опасно оставаться в этой комнате и дальше.

Но я не могу оставить здесь Еву, чтобы она сгорела дотла. Даже если она уже мертва, я не могу просто сбежать и позволить ей…

– Клементина! – слышится голос, перекрывая рев огня и треск дерева, пожираемого им. – Клементина!

– Джуд? – откликаюсь я, когда до меня доходит, чей это голос.

– Где ты?

Я хочу ответить – может быть, он сможетпомочь мне вытащить отсюда Еву, но от дыма меня сотрясает приступ кашля, едва не валящий меня на колени.

– Черт возьми, Клементина, где ты? – рычит Джуд меж тем, как парадная дверь бунгало с грохотом распахивается.

И тут я понимаю, что не могу оставаться здесь и дальше. Не могу позволить Джуду рисковать своей жизнью, если он войдет в эту комнату, раз бунгало вот-вот сгорит.

Я поворачиваюсь, чтобы взглянуть на Еву, бросить последний взгляд на ту девушку, которая всего несколько часов назад говорила мне, что все будет в порядке.

А затем бросаюсь бежать.

– Клементина! – опять кричит Джуд, кажется, из нашей гостиной.

– Я здесь! – отзываюсь я и бегу к нему по холлу.

Мы врезаемся друг в друга перед дверью ванной, и он хватает меня и утыкается лицом в мои волосы.

– Я думал, ты погибла, – бормочет он, содрогаясь. – Я думал, что ты мертва.

– Ева… – начинаю я, но мой голос срывается.

– Где она? – спрашивает он. Но тут его взгляд перемещается в сторону нашей спальни и языков пламени, лижущих ее дверь, выходящую в холл, и он все понимает.