Книга Испытание, страница 202 – Трейси Вульф

Но я так и не говорю этого, потому что Хадсон вытягивает руку, закрывает глаза, и я понимаю, что он сосредотачивается на том, чтобы отделить костяных тварей от всего остального, и я не хочу его отвлекать.

Его рука начинает дрожать, но он не опускает ее, мысленно находя каждый скелет. А затем, когда кто-то кричит, что до верха стены добралась еще одна из этих тварей, Хадсон сжимает кулак.

И все скелеты тут же рассыпаются в пыль.

Армия горгулий перестает кричать и пускать стрелы, стук костей и щелканье тоже стихают. Слышится только дыхание ветра, уносящего прах армии скелетов в море.

Я бросаюсь к Мойре – скелет больше не кусает ее запястье, и я надеюсь, что раз мы убили эту тварь, то сможем ее спасти. Но две другие горгульи добегают до нее первыми и сразу же начинают направлять на ее руку магию земли, чтобы остановить распространение заразы.

– Она поправится? – спрашиваю я, и мой голос дрожит.

– Думаю, да, – отвечает одна из горгулий. – Хотя я не представляю как.

Рядом со мной приземляется Честейн, тут же складывает крылья и превращается из горгульи в человека.

– Что вы сделали? – спрашивает он.

Я поворачиваюсь к Хадсону, хочу жестом подозвать его, чтобы Честейн мог как следует его отблагодарить, но от того, что я вижу, у меня замирает сердце.

Моя пара, моя гордая, сильная пара лежит на камнях крепостной стены, обхватив колени руками, по его лицу ручьями текут слезы, и он повторяет:

– Это были горгульи. Это были горгульи. Это были горгульи.

Хадсон сейчас наверху, он спит.

А я хочу получить ответы.

У меня ушло более часа на то, чтобы успокоить его настолько, чтобы он заснул. Он продолжал твердить, что эти скелеты были горгульями, что явно не имеет смысла. Последнее, что он мне сказал до того, как наконец смежить веки, было, что они вернутся.

Как это может быть? В этом еще меньше смысла, ведь он сокрушил их в пыль – я видела это собственными глазами. Но если Хадсон так сказал, это, скорее всего, правда.

Поэтому я попросила Мэйси и Иден остаться с ним, пока я буду искать Честейна. Через десять минут поисков я нахожу его в библиотеке, где он стоит, глядя в примитивные витражные окна.

– Мне нужны ответы, – резко бросаю я, уперев руки в бока.

Честейн медленно поворачивается ко мне, и вид у него такой, что я невольно отступаю назад.

Он в бешенстве.

– Это вамнужны ответы? – презрительно цедит он. – Сегодня я потерял двоих из моих лучших воинов, а оказывается, твоя пара могла сразу все это прекратить.

У меня сжимается сердце. Двоих? Должно быть, они находились на другой стороне того участка стены, где шел бой.

Но это не извиняет его.

– Не смей винить Хадсона за то, что он понятия не имел, что сегодня на замок нападет эта армия скелетов! Что это были за твари? – спрашиваю я. Честейн не имеет права изображать из себя оскорбленную добродетель, ведь он вообще не потрудился подготовить нас к тому, что может произойти.

– Наш двор заморожен во времени, Грейс. – Он машет рукой. – Для нас времени не существует. Мы не стареем… и не умираем.

Его слова звучат как выстрел.

– Значит, это и правда были горгульи, как и сказал Хадсон, – шепчу я. О боже. Что я попросила его сделать?

– Да, – говорит он, и его плечи опускаются. – Первый человек, который умер при нашем дворе, погиб в результате несчастного случая во время тренировки. Мы похоронили его, попрощались с ним и подумали, что на этом все закончится. Но несколько дней спустя нас атаковал первый скелет.