Книга Анастасия, страница 74 – Лана Ланитова

Присмиревшие мы тихо вошли в ограду. Дворник, увидев нас, почтительно поклонился. Тогда я решительно зашагал к крыльцу, а Митя старался от меня не отставать. Входная дверь оказалась приоткрытой, и я шагнул сразу за порог. Навстречу нам вышла та самая сухопарая горничная.

– Здравствуйте, мадам, – учтиво произнёс я. – Просим прощения, что мы нынче явились к вам без приглашения, – я немного замялся и густо покраснел. – Дело в том, что у нас есть очень срочный разговор к мадемуазель Анастасии.

Горничная спокойно выслушала меня, не сводя пристального и брезгливого взгляда с моего заплывшего синяком глаза и перебинтованной руки.

– Мадлен Николаевна уехали-с по делам, а Анастасия Владимировна недавно проснулись и сейчас завтракают.

Обрадовавшись отсутствию Мадлен, мы с Митей переглянулись, и я произнес более смелым тоном:

– Доложите Насте о нашем визите. И если она завтракает, то мы готовы её подождать.

В ответ горничная лишь чопорно и сухо кивнула и удалилась вглубь коридора.

– Завтракает она, видите ли, – шепнул я на ухо Мите. – Встала, видимо, только. Конечно, раз всю ночь пробыла в известном месте…

После этих слов я до боли сжал кулаки. Горло перехватило от приступа злобы и жестокой обиды. Как ни странно, нам не пришлось долго ждать. Горничная провела нас в гостиную, сказав, что Анастасия Владимировна скоро позавтракает и выйдет к нам.

Пока мы ожидали Настю в гостиной, Митя сидел в глубоком кресле и делал вид, что рассматривает старинный портрет какой-то дамы, висящий в посеревшей от пыли нише, а я вышагивал по комнате и время от времени изучал дубовый шкаф с книгами. У Ланских оказалось и вправду много хороших и старинных фолиантов.

Внезапно мы услышали легкие шаги, и как по команде оба повернули головы в сторону двери. На пороге стояла Настя, одетая в домашнее платье. Это было довольно милое, почти детское платье изрозовой бумазеи, накинутое на тело, словно домашний халатик. По вороту и рукавам тянулись лёгкие кружева цвета топлёного молока. У платья был свободный фасон, и было видно, что под ним нет никакого корсета. В нём Настя казалась чуточку полнее, чем в строгих платьях. Нет, это не была полнота в настоящем смысле этого слова. Сквозь теплую ткань проступали мягкие и плавные линии её девичьего тела. Когда я увидел её, то мне тут же захотелось обнять её талию и с силой прижать к себе. Я догадывался, что в этом платье её тело сохраняло всю теплоту и негу недавнего сна на пуховой перине.

Даже её лицо розовело от сна, а длинные волосы были небрежно заплетены в пушистую косу, перекинутую за плечо.

– Здравствуйте, мальчики! – с улыбкой произнесла она.

Меня поразило такое доброе и очень приветливое обращение – мальчики. Возможно, что в отсутствии Мадлен Настя чувствовала себя намного свободнее в общении с нами.

– А я только недавно проснулась, – произнесла она, подавив легкую зевоту.

А после она подошла ко мне и с тревогой посмотрела на мое лицо.

– Что с вами, Джордж? – ахнула она. – Где это вы умудрились так разбить себе нос и глаз?

– Катался с горки и упал, – ответил я невозмутимо.

– Эк, вас угораздило, – покачала она головой. – Вы обращались к доктору?

– Пустяки. Само пройдёт.

Она отошла в сторону и, присев на стул, снова изящно зевнула, блеснув белоснежными зубами.